И жили они долго и счастливо...

Фантастика || Проект Искажение

Глава 10

Искатели

Он брел по дороге, особо не таясь. Если честно – уже просто не было сил. Он чувствовал, как вирус пожирает его. У него не было уверенности, что второй раз ему так же повезет, а тело уже подводило. Сил идти дальше не было.

Он осмотрелся, ища, где бы себя «похоронить» – ему опять не хватило сил убить себя.

На глаза попалась машина… слишком дорогая для этих мест, но она ему подходила – внедорожник-купе, три двери, и весьма узкие окна – зомби не выберется. 

Путник содрал с головы шлем, наощупь нашел ручку дверцы. Машина была не заперта, так что он беспрепятственно смог забраться внутрь и запереть себя. 

Он заполз на заднее сидение и принялся сдирать с себя остатки снаряжения, безжалостно бросая все на пол… если его придется прикончить – пусть он никому не навредит.

- Папа! – звонкий девичий голосок, задорный смех… 

Как давно это было, как он скучал по этим звукам… и как больно было это слышать. Сознание уплывало куда-то, а он слышал задорный смех и тянулся к нему.

- Папа! Расскажи сказку! – Алиса улыбалась, накрываясь по самые глаза одеялом.

- Хорошо, лисенок, – он с улыбкой садился на край ее кроватки и рассказывал сказку.

Они жили вдвоем в обычной «трешке», оставшейся от его родителей, когда старики перебрались за город, на дачу, подальше от суеты. Жена ушла, едва дочь перешла с молока на детское питание, так что они стали жить в этой большой квартире вдвоем. 

Честно сказать, когда он остался один с ребенком, то вздохнул с облегчением. Его зарплаты более чем хватало, чтобы им с дочкой жить, ни в чем себе не отказывая, да еще помогать деду с бабкой и что-то откладывать на потом… и никто не трепал нервы. Когда-то он очень любил жену, но в браке она стала быстро меняться в худшую сторону. Возможно, он просто ее разбаловал, взяв на себя почти все домашние дела. 

Когда они остались одни, он пробовал нанимать нянь, но обе попытки окончились неудачно. Тогда в их жизнь пришли Юля и Аня. Они были соседскими дочками, Юля – училась на врача, специализируясь на хирургии, а Аня – на инженера по обслуживанию вычислительной техники, на вечерней форме. Девушки были близняшками, золотыми блондинками с голубыми глазами, как в анекдотах. Только вот мозги были совсем не анекдотичными. Так уж получилось, что когда мать не смогла оплачивать образование обеих дочерей, Аня решила идти на вечернее и работать. Увы, не срослось, потому что через полгода ее сократили на работе.

И тут оказались полезны дружеские отношения с соседом… и острая потребность в няне – у него. 

Михаил был несколько старше девчонок, но они давно уже хорошо общались и дружили. Когда доходило до электронного общения – в ход шли различные «братик», «сестренки» и прочие такого плана обращения.

Так что он предложил Ане подработать – сидеть с Алисой, когда он на работе. Ей было неудобно брать с него денег, но Михаил настоял, аргументируя свою позицию тем, что всякий труд должен быть достойно оплачен.

В итоге девчонки получили подработку, потому что Юля нередко подменяла сестру, когда это требовалось, а Михаил мог не волноваться за дочь. Впрочем, они едва успели окончить университеты…

В голове опять раздался детский смех.

- Папа, проснись! – он ощутил, как его тормошит дочь, которую разбудил будильник в телефоне.

Глаза открылись с трудом, его здорово мутило, и все плыло, но он опять услышал мерзкий писк… телефон?!

Рухнув с сидения и здорово ударившись, он дотянулся до бардачка и действительно нашел телефон… по всей видимости, хозяин машины умер недавно, потому что трубка еще не совсем села.

Михаил порядком удивился, увидев, что телефон поймал сеть – многие вышки уже не работали, так что мобильниками давно никто не пользовался. Неужели кто-то перезапустил вышку неподалеку? 

Да нет, скорее всего, это сон…

По памяти он набрал знакомые цифры. Если это сон, он может позвонить… ему нужны хоть какие-то хорошие новости.

В ухо ударили гудки. Раз, другой…

- Алло?.. Кто это?.. – тихий голос, но такой знакомый…

- Аня?.. – хрипловато спросил он, прикрыв глаза, чтобы отогнать тошноту.

- Миша!? – голос резко оживился. – Ты жив!? А Лиска!? Где вы!?

- Тише-тише… не так громко, и так хреново… Я-то жив, а вот Алиса… – Барс вздохнул, лег на прежнее место, пристегнувшись ремнями безопасности. Не слишком удобно, но надежно. – Как вы? Юлька цела? 

- Да, мы в норме… были у родни в Ханты-Мансийске, когда все началось… Сейчас с нашими ребятами вчетвером остались… сколько еще продержимся – не знаю. Ты-то где?! И что у тебя с голосом?...

- Я в норме…в аварию попал, но это не страшно… Я в Пермской области.

- Пострадал сильно? У тебя жуткий голос… – девушка явно волновалась.

- Нет, Ань, все путем. У вас есть машина, запасы, убежище?..

- Угу… Пока что. А что? К нам хочешь? – обрадовалась Анна.

- Нет… Вас четверо, да? Давай так договоримся… сейчас договорим – сбрось мне смс, чтобы я не думал, что мне всё приснилось. Я доберусь до своего убежища, посмотрю карты и перезвоню тебе. Приезжайте к нам, вместе выживать легче.

- Хорошо. Когда ты позвонишь?

- Не знаю. В течение недели. Точнее не скажу. Продержитесь столько?

- Да. У нас запасов на месяц… Я смогу убедить ребят не выходить из укрытия это время, к тому же Юлькин парень ногу повредил, его как раз она осматривает… возможно перелом. Машина никуда не денется, заодно зомби успокоятся. Да, мы подождем твоего звонка. Только будь осторожен, хорошо!?

- Да, вы тоже. Не забудь про смс…и не пугайся, если я выключу телефон, мне в пути негде его зарядить… у вас рация есть?

- Да, я собрала приемник. Я пришлю в смс. Все для связи.

- Хорошо. Жду… – Барс повесил трубку и убрал телефон в карман… Возможно ему показалось, но телефон завибрировал… и мужчина отключился вновь.

Следующие несколько дней он то приходил в себя, то опять отключался.

Ему снилась дочь, пару раз – бывшая жена. Лихорадка становилась сильнее, пока однажды не отпустила.

Барс очнулся на заднем сидении внедорожника, измотанный, с ощутимым жаром и жуткой слабостью.

- Жив… – прохрипел он, жадно присасываясь к остаткам речной воды во фляге.

Телефон сел, но мужчина не вспомнил о нем, пока не оказался за рулем. Только там он обнаружил зарядное устройство в прикуривателе и смог включить телефон, после того как завел двигатель. 

Ему не приснилось… он видел смс от знакомого номера…

Прислав девушке ответ «Я жив, но еще в пути. Телефон временно отключаю», Барс заставил себя выкрутить руль и утопить в пол педаль газа, чтобы ехать домой, к своим… пока новый виток лихорадки его не доконал.


…Это были самые страшные дни за то время, что мир изменился. Больше не было Барса и не было Белки. Тело Риты сожгли в крематории сразу же после того, как прибыли на базу. Следующие несколько дней искатели доводили себя до изнеможения, чтобы упасть от усталости в кровать, ничего не соображая.

Они ничего не говорили друг другу, не обсуждали случившегося. Рыбка по утрам встречала Искателей с красными опухшими глазами и таким же носом. От слёз у девушки пошло раздражение по лицу.

Кама держалась, но Ёжик лучше других знал, сколько она рыдала в своей комнате, не в силах успокоиться. Иваныч словно постарел ещё сильнее, замкнулся в себе. Хорошо хоть к водке не потянулся.

Склады, и внутренний склад и тайный склад в Чемрозе были забиты. Появилось то, о чем раньше Искатели не могли даже мечтать, но теперь к этому не хотелось даже притрагиваться. Сельскохозяйственная техника, взрывчатка. Надо было вот-вот начинать распашку под зерновые территории, а ни у кого не было сил!

Нужно было делать хоть что-то, но опять же – не было моральных сил на это. Сила воли уговаривала, что Барсу такое поведение бы не понравилось. Что командир хотел бы, чтобы жизнь продолжалась дальше.

Но не получалось.

Он был просто альфой их маленького мира, тем самым связующим стержнем, который соединял воедино таких разных людей.

Они ведь были все разных слоев населения, разного уровня жизни и разного образования, разных интересов, наконец! Это благодаря Барсу они собрались вместе. Во многом благодаря ему – выжили. И что теперь делать?! Что?!

Ни Кама, ни Ёжик не хотели брать на себя командование. Иванычу это не нужно было. Костик и Рыбка … какие из них командиры. Один ребёнок, вторая зареванная девчонка, ничуть брата не лучше.

Ещё была не то девушка, не то молодая женщина в карантине внизу. Но… о ней Искатели старались даже не думать. Потому что подсознательно, сознательно, вслух этого бы никто не сказал, они винили её. Если бы не она – Барс бы не погиб! Если бы не она…

Если бы только эта девчонка не появилась на их пути…

Возможно, если бы они попробовали разговорить её, возможно…

Они не хотели.

Не могли. Пленницу не пустили в общую ванную. Принесли ей в карантин пару вёдер чуть тёплой воды и на этом успокоились. Она ничего не просила. Если её «забывали» покормить, хотя такое случалось от силы пару раз, она не говорила ни слова.

А ещё никто из Искателей до сих пор не видел цвета её глаз. Она всё время, когда они приходили днём – спала. Просыпалась от звуков шагов, голоса, ела – находя поднос наощупь и снова засыпала. Она спала как сурок весь день!

И за это её ненавидели ещё сильнее. Это причиняло только ещё большую боль.

Как она смеет быть такой?! Вот такой! Как она смеет делать вид, что ничего не случилось, сидеть в этой клетке, как будто ей дали какие-то гостиничные великолепные апартаменты и вести себя, как ни в чём не бывало?!

Она игнорировала вопросы. Она игнорировала слова Камы. К Ёжику прислушивалась, ей нравился голос парня, но не отвечала и ему. Еду из рук Рыбки она даже есть не стала.

И только Иванычу, насколько было известно Каме с Ёжиком, она однажды что-то сказала.

Шли дни. Отматывались часы. Фронт грядущих работ сокращался, дел оставалось все меньше и меньше.

В тот день, это было уже после обеда, Кама и Ёжик сидели в общей гостиной около карты. Чем изобретать себе «пустую» работу – дело ради дела, они решили всё же заняться полями. Теперь у них было чем сварить арматуру, чем сделать глубокие дырки и даже было с несколько десятков бетонных столбов, которые можно было использовать в качестве опоры, для натягивания сетки.

Аппарат для производства рабицы у них тоже был. И даже не один. Теперь вопрос, конечно, стоял в материалах, но не так остро, чтобы в ближайшие пять лет сходить на этот счёт с ума. Эти пять лет можно было и не прожить, да и дерево никто не отменял. А оно, как известно, ресурс возобновляемый.

- Без людей намного лучше, – Кама неожиданно поменяла тему, оттолкнулась от стола и положила голову на колени Ёжика. – Ёжик… Расскажи мне что-нибудь? 

- Что тебе рассказать, душа моя? – мягко спросил он, по привычке перебирая ее волосы. Его это успокаивало, расслабляло.

- Что-нибудь. Что угодно. Я устала молчать...

- Я тоже... Давай поговорим. О чем ты хочешь? Или тебе поведать сказку?

- О чем... Давай о делах?

- Не хочу, только что о них говорили...

- Давай не о делах, – подняв ладонь, Кама погладила Ежика по щеке. – Давай о чем-нибудь хорошем.

- Например? – придержав ладонь женщины, Ежик прижал ее к губам.

- Завтра будет хорошая погода. Давай устроим себе пикник?

- Давай. Надо нам проветриться. Особенно тебе!

- Почему особенно мне? – мягко улыбнулась Кама. – Тебя тоже нужно проветрить.

- Потому что я так сказал! А мне виднее

- А с чего это тебе виднее?

- Я снайпер, работа у меня такая.

- Далеко сижу, далеко смотрю?

- Ага. И все вижу!

- А что ты видишь сейчас?

- Красивейшую женщину в округе... которую надо вывести на воздух и проветрить.

- Это прозвучало, как будто я пыльный ковер, – засмеялась Кама. Смех вышел сухой, еще немного надрывный и болезненный, но всё же – уже оживающий.

- Вот вечно тебе надо все переиначить!

- Конечно. Известная женская логика старых древних женщин.

- Милая, не будь такой вредной, тебе не идет!

- Почему это не идёт?!

- Потому что я так сказал! – Легонько щелкнул по носу женщину Еж.

- Ёжик!

- Пыф-пфы?

- Ты злюка.

- Я не злюка, я Ежик!

- Хорошо, ты совершенно чудесный, запыхтательный Йожиг.

- Вот вроде комплемент сказала, а все равно в душу плюнула...

Нежное и в то же время ехидное воркование было прервано самым грубым образом.

- Посторонний! – рявкнул Иваныч, сидящий у мониторов камер раннего обнаружения. – Тут какой-то человек, судя по походке, прется прямо к базе!!! Ох ты еж твою медь, это ж Барс!!!!

 – Что?! – Кама вскинула голову к системе внутреннего оповещения, рванулась к стационарному телефону, сдернула трубку, зажав пятерку. – Иваныч?! Ты о чем сейчас сказал?! Это невозможно!!!!

- Он мордой к камере упал! Я сквозь шлем вижу его рожу!

- Господи, – Кама дёрнулась, взглянула растерянно на Ежика. – Что нам делать?!

- Снаряжаться и на выход. Если он живой добрался – нельзя его бросать.

- Но ... мы же сами видели... – женщина тряхнула головой, – Иваныч. Подготовьте карантин. Одеял туда. Антибиотики. И нужно осмотреть его. И...

- Топайте уже!!! – рявкнул на них старик.

- Да топаем-топаем, – огрызнулся разом ускорившийся Еж.

 Спустя несколько минут, пропустив десятки положенных мер по безопасности, оба Искателя бежали к мостику, поднимающемуся между двух островов.

Командир действительно лежал там. Уже без ножей – видимо где-то потерял, без фляжки. У него был сорван правый наплечник и разодрано о металл плечо (кусок этого самого металла торчал из раны). Остальная броня тоже была неплохо повреждена, но своих мест не покинула. Он лежал в отключке, хотя, даже упав, похоже пытался еще двигаться, найти камеру, чтобы его заметили...

 Кама, рухнув на колени, сноровисто прижала пальцы к шее, покачала головой:

- Это опасно! Здесь тянуть заразу не будем.

- Живой? Укусы видишь? – Ежик прикрывал ее, держась чуть в стороне.

- Живой. Укусов не вижу. Только очень сильно разодрано плечо. До мяса. И то, чем он разодрал там же. При падении, судя по всему, приземлился прямиком на лист металла. Выглядит паршиво. Должно быть нереально больно. И при всем при этом может пойти заражение. Похудел, сильно. Глаза запали... Ёжик, нам нужна тачка. Нам надо его вытаскивать отсюда, но на руках мы просто его не унесем.

- Понял, охраняй пока, я пригоню! – перебросив оружие женщине, Ежик поспешил обратно на базу, схватил установленную у входа тачку и поспешно покатил ее обратно. Не лучший транспорт, но хоть что-то!

Много времени на то, чтобы переложить Барса на тачку не понадобилось.

Не ушло много и на то, чтобы доставить его не просто на базу, а вниз – в стерильную комнату рядом с зоной карантина. Кама четко двигалась вокруг Барса, Ёжик помогал вначале его раздевать, а потом вытаскивать металл из раны.

Других ран, к счастью, не было. Зато синяков было куда больше, чем можно было представить.

- Обошлось, можно сказать... – Кама отступила от Барса уже через полтора часа, когда их командор был устроен на кровати в блоке карантина с капельницей.

- И тебе привет... – донесся непривычно слабый голос.

- Барс, – расплылась женщина в счастливой улыбке. – С возвращением тебя, мертвяк!

- И тебя туда же... Вы мне глючитесь, или как?

- На данный момент, мы «или как», в капельнице ничего глючного нет, а ты – дома.

- А что, глюки уже были? – спросил напряженно Еж. – Мы, вроде, укусов не нашли...

- А ты попей недельку водичку из реки, я на тебя посмотрю, колючка... – подняв здоровую руку, лишенную капельницы, мужчина ощупал себя. – Телефон куда сперли?

- На тумбочке лежит, слева от тебя, – Кама, потянувшись, подала телефон. Взглянула на напарника вопросительно.

- Класс... Тогда рассказывайте, что я пропустил... И как там спасенная наша?

Ежик в ответ на взгляд Камы только плечами пожал, мол, лучше перестраховаться.

 – Наша спасенная... А что нашей спасенной сделается? Спит как сурок в соседнем блоке. Не разговаривает. На вопросы не отвечает. Мы не кажемся ей заслуживающими доверия. Или, – добавила Кама сердито, – не интересуем ее чокнутое превосходительство.

- Или она отвыкла от общения, сидя в соседней с зомби клетке, – Барс поморщился, дотянулся до телефона и проверил... Смс были в наличии, звонки тоже. Значит, не сон. 

- Что такое?.. – удивился Ежик, видя его облегченный вздох.

- Проверял... Договорим – буду решать организационные вопросы... Пока вы тут отдыхали от меня, я работал, знаешь ли, – вяло улыбнулся командир. – Вы меня что, раз десять с мамонта уронили?.. Или я так о то дерево..?

 – Ты еще и об дерево умудрился грохнуться?! – изумилась Кама. – Как?! Хотя... Отравление, судя по всему. Температуру я тебе сбила немного. Но тебе придется пропить курс антибиотиков и готовься к зеленой жиже в исполнении Наташи. Наша Рыбка тут нашла энциклопедию народного лечения, и это беда...

- А ты думаешь, я пешком сюда перся? Не, уже на большом острове впечатался в дерево, заряд кончился... Очухался, да и пошел сюда. Рыбка – садистка, так ей и скажите.

 – Так ей будешь говорить ты сам. Она все эти дни ревела белугой от горя. Теперь ревет вдвойне уже от счастья.

- Хорошо... Чем-нибудь это время занимались?.. Кстати, долго меня не было?

 Кама и Ёжик переглянулись.

- Пять суток тебя не было. Сегодня шестые пошли.

- Лихо... – прикрыл Барс глаза. – Ежик, принеси, пожалуйста, карту...

- Эм... Хорошо... – удивленно посмотрев на Каму, Еж ушел за картой.

Кама же воззрилась на командора с удивлением.

- Биг Босс, ты чего это? Телефон, карта, как самый важный вопрос. Что происходит? И... Нет. Давай всё же начнем с карты и телефона. Что всё это значит?

- Нашел кое-кого живого... Из прошлой жизни. Позвонил, пока отлеживался, думал, что это глюк. Оказалось – не глюк. И пока они живы – нужно вытащить.

 – И? Где они обитают? Эти твои знакомые из прошлой жизни?

- В Ханты-Мансийске.

 У Камы пропал дар речи. Она смотрела потрясенно на командира и не могла сказать ни слова. Мужчина же спокойно лежал, прикрыв глаза и отдыхая.

- Карта для биг босса! – пропел негромко Ежик, возвращаясь. – Эм, милая, ты чего стоишь, словно лопатой по макушке дали?..

 – Ты знаешь... вот представь себе... Тебе говорит о чём-нибудь город Ханты-Мансийск?

- Ага, задница мира, край географии.

 – А если я скажу, что там живые? И если мы не скажем начальнику что-то хорошее, он нас отправит туда! Чтобы нас съели!

- Туда я вас не отправлю. Либо сам поеду, либо просто скажу, как добраться до места нормальной встречи, – спокойно сказал Барс.

- Так, стоямба! А теперь для отсутствовавших рассказывайте, какого хомячка я пропустил!?

- Кама, поведай ему, пожалуйста...

- Связался с людьми из прошлой жизни. Живут в Ханты-Мансийске, надо забирать. Сколько их там, биг босс?

- Четверо. Врач, спец по всевозможной технике, ветеринар, механик с опытом десантуры.

 – Ну, ни фига себе! – восхищенно ахнула Кама.

- Охренеть, ты везучий, босс... – протянул Ежик. – И живым дополз, и такие контакты поднял... Кстати, босс, о твоей живучести... В чем секрет, расскажешь? живучесть, выносливость, силища...

 – Выносливость? Силища? – не поняла Кама. Живучесть Барса для неё была фактом хоть и удивительным, но всё же в рамках человеческой индивидуальности вполне оправданной.

- Угу. Он броском клеймора бронестекло и броню крыши развалил... Да и выносливость опять же...

- Ох... Ну, однажды пришлось бы рассказать... – вздохнул Барс, распахивая глаза и медленно, прислушиваясь к ощущениям, садясь, чтобы не вырвать капельницу. Посмотрев на обоих товарищей, мужчина качнул головой. – Месяца за три до нашего знакомства меня покусал Искаженный...

 Кама открыла рот, потом потрясла головой:

- Нет! Нет-нет-нет. Это невозможно! Не было ни одного случая, чтобы человек выживал, после того, как в его тело попадал трупный яд зомби. Или выживание, потому что вовремя успели ампутировать часть тела, или не выживание. Третьего – не дано!

- Ну, я наглядный пример, что иногда кто-то выживает, – пожал плечами Барс. – Меня укусили, заставить себя покончить с собой я не смог... Тогда я позвонил дочери, сказал, что задержусь на недельку, перезвонил своим родителям, с которыми она была, предупредил, что буду неделю без связи... потом спустился в подвал, запер его так, чтобы зомби уже не открыл, приковал себя и остался там умирать. Через неделю, пройдя все этапы, включая зверскую лихорадку, я очнулся вполне живым. О том, что получил силу и выносливость я узнал уже позже.

 – Нет, – Кама сообразила всё мгновенно. – Барс. Послушай, не может такого быть! Может быть, просто яд не попал в тело? Знаешь, что-то вроде... Просто, не инфекции, а... случайности? Совпадения же бывают. Тебя не укусили... Неделю... Нет, нет. Этого быть не может! У нас была связь с базами со всей России! Тех стран, где сохранились осколки цивилизации. Не было таких случаев, не было!

 – А ты мне покажи идиота, который добровольно ученым или воякам скажет, что его укусили. И уж тем более, что он выжил после этого. Порежут на образцы для анализов, – саркастично рассмеялся Барс. – И меня укусили по полной программе, еле разжал челюсти твари потом, чтоб освободиться... Не заразиться было нельзя.

 – Барс, послушай. Это... ну, пойми ты... Невозможно! Может, тебе почудилось? Приснилось? Или там, лихорадка была! У тебя сейчас лихорадка, вот и...

- Поверь, сейчас – уже ерунда. У меня машина была, неужели я бы неделю ехал? Второй укус. Заперся в машине и ждал – угробит меня второй раз вирус, или опять живым уйду. Оказалось, Фортуна все еще со мной, – поморщился Барс, очерчивая пальцем место, где все было изодрано куском железа, чтобы скрыть контур укуса. – Больно кусаются, мрази...

Кама, подскочив, отшатнулась. Еж дернулся к оружию… а потом остановился.

- Когда тебя укусили?

- На той парковке, – едко усмехнулся командир.

- Тогда уже можно не дергаться, – вздохнул снайпер. – На таком сроке, не важно, насколько ты живучий, температура была бы намного выше, на пике... или ты уже был бы зомби.

- Браво, Ежик, ты опередил Каму с логической цепочкой...

- Подождите. Минуточку. Барс, ты знаешь, что я тебя уважаю, – женщина закусила губу. – Ты отличный человек, ты командир от бога. Но этого просто не может быть!

- Если ты чего-то не знаешь, это не значит, что этого не существует, – донёсся хриплый голос из соседнего карантинного блока, а следом оскорбительное: – Двое взрослых рано похоронили пушистого Барсика?

- И тебе привет, – повернул к ней голову Барс. – Последняя фраза была лишней.

- Опа, очнулась... Да еще в такую рань... Привет, Соня, – удивился снайпер. Неприятно удивился.

 – Оу-оу, какие все нежные, – снова смех, а потом спокойное и даже нарочито равнодушное: – Мы позаимствовали название у физиков, эффект Доплера.

- Это о чем? – Командир искателей склонил голову к плечу.

- О том, что с тобой случилось, пушистый друг. Эффект Доплера. Та-да-дам, поздравляю, ты такой не один. Есть ещё такие же, как ты. Кто не умер, когда прошло заражение трупным ядом. Интересный частный эффект, по отклонению в плюс.

- Вот. И Кама, не косись на меня так, я не собираюсь кидаться на тебя и кусаться... веришь – даже встать сил нет, что изрядно бесит. Ежик, как самый сообразительный, может, метнешься за чем-нить съедобным? Да и гостью нашу неплохо бы покормить, а то так и забудете без командирского подзатыльника.

 Кама сердито поджала губы и... промолчала, не найдя, что сказать и возразить. Поведение гостьи ей не нравилось, сама эта девица ей не нравилась! Но...

- Кэп, иногда, вот веришь, хочется тебе дать по шее... И почему ты на больничном??? – вздохнув, Ежик ушел за едой, только получил от Камы согласие поесть с карантинными.

- В любом случае, – процедила Кама сквозь зубы. – Ни о каком эффекте Доплера я не слышала.

В соседнем карантинном блоке помолчали, потом донесся ответ, спокойный, словно и не ощущала та, что там закрыта, презрения и некоторой брезгливости в голосе говорящей.

- Его открыли двенадцать месяцев назад. А подтвердили, набрав достаточную базу – всего четыре.

- А ты-то откуда знаешь?.. – спросил Барс. – Не думаю, что перед пленницей отчитывались...

- Ещё бы они отчитывались. Дураки они, что ли? Они не дураки, они твари были умные. Но для остальных я была мебелью. Такой, знаете, которую взяли, переставили. Захотели – показали что-нибудь интересное для укрощения строптивости. Захотели – дали послушать. А когда умеешь слушать, наслушаться можно много. Например, – раздался смешок. – О том, что кое-кого кусали дважды. Или о том, что есть такой эффект. Или о том, как он работает. Или о том, что он даёт. Плюшки и оплеухи. Звучит!

- Плюшки я уже ощущал... а оплеухи?.. И один раз дает, или каждый раз, мр?

 На той стороне молчали. О чём-то размышляли.

Потом отозвались:

- Каждый раз. Причем вероятность благоприятного исхода уменьшается с каждым вторым исходом. Знаешь, пушистый друг, что такое эффект Доплера? Который из волновой физики?

- Я не физик... Кстати, как к тебе обращаться-то, найденыш?

- У меня уже давно нет имени. Так что, обращайся как хочешь. А эффект Доплера, – в голосе спасенной начала разгораться страсть искреннего ученого. – Интересная штука. Работает очень просто, едет машина с сиреной. Когда она с тобой рядом – ты слышишь звук правильно, потому что воспринимаешь исходную частоту сигнала. Как только машина от тебя удаляется, ты будешь слышать тон более низкий, за счёт того, что частота звуковых волн будет меньше. Соответственно, когда машина с сиреной к тебе только приближается, звук будет казаться более высоким, чем он есть на самом деле, из-за того, что частота звуковых волн будет увеличена. Касательно искаженных и эффекта Доплера в искажении, то он проявляется следующим образом – нормальная частота – это то, как воздействует вирус на обычных людей, как он проникает в организм, как воздействует на его клетки, и с какой скоростью их перестраивает. Бывает случай отрицательный, когда клетки перестраиваются так медленно, что человек умирает окончательно. А бывает случай «положительный», когда вирус воздействует на организм, но делает это так быстро, что перестройка сбоит, и в результате зараженный выживает. Статистика тут интересная, вкусная, я бы сказала.

Барс молчал пару минут, затем повернул голову туда, где сидела спасенная девушка.

- Ну, как хочу, значит, как хочу... Я буду звать тебя Евой. У тебя на груди была татуировка – змей и яблоко. К тому же ты... живая, скажем так, – затем он перевел взгляд на Каму. – Еще шарахаться будешь, или все, мир дружба жвачка?

Со стороны второй камеры донесся кашель, потом смех. И ... полное молчание.

Кама вздохнула.

- Я ей не верю, Барс. Взялась непонятно откуда. Говорит вообще какую-то чушь! И мы в неё должны верить?!

- А мне?

- Тебе верю.

- Вот и верь мне. И я наглядное подтверждение ее слов... – вздохнул мужчина, почему-то помрачнев немного.

 Кама вздохнула и, не убежденная, встала.

- Пойду, гляну, где Ёжик.

- Хорошо... и спасибо что подлатала.

- Не за что.

Шаги Камы в мягких мокасинах стучали на этот раз резко, отчётливо. Взбежав по лестнице, она закрыла за собой дверь, и в блоке воцарилась тишина.

Помолчав, Барс опять лег, голова слегка плыла.

- Как ты там? – нарушил он молчание.

- Полагаю, что куда лучше чем ты, пушистый. Лихорадка, отравление, пил только речную воду, открытая рана, «поцелуй» с деревом, возможно сотрясение. Хотя раз организм крепкий, тебе могла достаться плюшка по физической части.

- Ну, посмотрим... Чем еще порадуешь, Евик, а, Евик?

- Звучит жутко, как евреик. Не хочу тебя ничем радовать, ты не умеешь обращаться с женщинами, пушистый. Обидел свою боевую подругу, – услышать движение было практически невозможно, а спустя мгновение над Барсом появилась его соседка.

- Я умею обращаться с девушками. Но если она не хочет верить, когда ей отвечают на ее же вопросы – ничего не могу поделать, – открыв глаза, Барс осмотрел свою соседку...

- Она у тебя, пушистый, упрямая, – улыбнулась стоящая над ним девушка. И вид её был... вот такой её спасать захотелось бы вряд ли. Волосы были светло-серыми, серебряными?, что-то вроде цвета серебристой полыни. Такие же ресницы, брови. Тонкий нос. Вытянутое лицо, с узкими скулами. Тонкие губы сердечком. Белая-белая кожа. И глаза – огромные глаза выделялись на этом кукольном личике, а вокруг черного зрачка были алые-алые глаза.

- Так, надо узнать, чем она меня так ширнула... Привет, глюк!

 Сверху раздался новый смешок.

- Пушистый, ты плохо соображаешь? Или всё-таки слишком сильно стукнулся головой? Про тошноту спрашивать не буду, про слабость тоже – бесполезно. Как насчет шума в ушах? Головной боли? Есть? Где локализуется? Глазами двигать больно?

- Нет. Сотряс не заработал. Соображаю я нормально, я шутить пытаюсь.

- Извини, извини, – Ева над головой усмехнулась, поправила волосы. – Не разгадала, что это была шутка. Значит, – скользнула она взглядом по мужскому телу, потом по плечу. – Второй укус?

- Да. Ты хоть присядь, а то не комфортно общаться. – Барс приподнялся, затем опять сел, освобождая место. – И зря так палишься, ребята не оценят, а я не в том состоянии, чтобы улаживать ваши конфликты.

- А? ... – Ева задумчиво посмотрела на приоткрытую дверь собственного карантинного блока, потом уселась на кровать к Барсу, задумчиво его рассматривая, – а, это... По-другому плохо выживать. Или ты умеешь открывать двери, или ты – еда.

- Я разве спорю? Просто говорю, что не оценят. Я, в общем-то, тоже, но в компании не так скучно.

Девушка засмеялась, подобрала ноги с холодного пола, усаживаясь удобнее.

Взгляд ее был каким-то плавающим. Поймать его Барсу удавалось один раз из пяти.

- Изучаешь обстановку, или просто отходняк? – поинтересовался он.

- Ни то, ни другое. Слепота.

- Долгая темнота... Совсем село зрение, или пока обратимо?

- Пока обратимо, но маловероятно. Нужна аппаратура, очень дорогая и редкая. Нужны препараты, которые так тяжело достать, что при наличии лабораторных условий можно сделать. А, да, – алые глаза обратились на Барса, сфокусировались. – Ты угадал, пушистый. Меня действительно зовут по паспорту Ева. И я в той жизни, которая осталась в руинах была микробиологом-вирусологом. Абсолютно ненужная профессия здесь, в этом мире.

- Почти ненужная, – хмыкнул Барс. – На счет аппаратуры не знаю, но врач у нас скоро будет, может хоть деградацию остановит.

- Офтальмолог? – мило улыбнулась Ева.

- Хирург. Но все лучше, чем ничего, – пожал он плечами. – Я же говорю – «может быть».

- Да нет, – девушка зевнула. – От хирурга в таких делах прока мало. Так, ты не ответил. Глазам больно? В ушах нет гула? Везде ощущаешь свое тело? И нет, мой вопрос касается не подозрения на сотрясение мозга. С такой головой и такой броней, что была на тебе, вряд ли бы ты его заработал.

- Глаза в норме, уши тоже. Чувствую себя нормально. А о чем ты тогда?

- Об оплеухах, – пальцы Евы осторожно-осторожно скользнули по мужскому телу. Коснулись вены на шее, пробежали ниже по ключице, девушка скользнула невесомо от ключицы к предплечью, обводя края раны. – После укуса можно потерять зрение – девяносто пять процентов случаев, потерять слух – четыре и два процента, потерять обоняние – ноль и четыре процента, потерять осязание – ноль и два процента. Это статистика, наработанная по оплеухам-потерям.

- Не, у себя ухудшений не ощущаю, – внимательно проследил за рукой «соседки» Барс.

- Значит, одну сферу можно вычеркивать. Вторая сфера оплеух по внутренним органам. Но это без анализов и аппаратуры не сказать. Третья сфера оплеух лежит в области инстинктов и чувств. Например, в сорока семи процентах всех случаев, выжившие становятся или импотентами, или фригидными. Сексуальное удовлетворение не достигается. Возбуждения не происходит.

- Это для этого ты меня сейчас пытаешься дразнить? – усмехнулся мужчина. – Тут я тоже оплеух не словил, что радует...

Ева усмехнулась и спрыгнула с кровати.

- Пойду спать, пушистый. Слышу шаги твоих боевых товарищей. Думаю, вам надо посекретничать, а мне совсем не стоит палить некоторые свои способности.

- Сладких снов, Ева. Приходи в себя.

- Тебе тоже, пушистый. Выздоравливай быстрее. С тобой тут стало интереснее.

Тихо хлопнула дверь карантинного блока, замок защелкнул. Девушка закопалась под одеяла и уснула мгновенно.

Что же до Барса, то он откинул голову на стену, прикрывая глаза и просто отдыхая в ожидании товарищей. Предстоял еще один непростой разговор, а потом нужно было рассказать ребятам, как добраться до точки рандеву с Искателями. Девчонок и их парней нужно было выручать…


Беженцы


Первая неделя карантина принесла свои плоды – кто-то уже стал искаженным, и их пришлось ликвидировать, кто-то оправился от травм после шторма, а кто-то умер. Так или иначе, но на базе все пришло к некой стабильности, так что можно было выбраться за запчастями для ремонта машин и строений.

Майор Корнилов в своей комнате сидел и просматривал списки, кого можно отправить на вылазку, а кого стоит озадачить чем-то на самой базе. Кто жив, а кто уже нет...

 Ольга, устроившись за его же столом, делала соответствующие пометки. У неё же был список того, без чего можно обойтись до обустроенного убежища в Челябинске, а без чего они туда просто не доедут. Ситуация удручала немного больше, чем «совсем».

- У нас слишком мало специалистов, кого можно было бы отправить. И непонятно, куда именно отправлять, – наконец подытожила она очевидное.

- Замечательно... – отложил списки мужчина. – Блеск!

 – Никто не говорил, что это будет легко, – взглянула на него Ольга с сочувствием. – В конце концов, Андрей, нас бы не отправили, если бы это путешествие не было бы возможным билетом без обратного исхода. Сам знаешь, никто не собирался гарантировать нам возвращение обратно на базу. Да и с актуальными данными у нас беда. Чего стоит только Пермское убежище, в котором мы полегли бы все, не окажись на нашем пути этих гражданских проводников.

- Да уж... С ними нам повезло. Но сейчас их под рукой нет, да и дороговато их услуги обходятся, так что давай перетрясать опять группы, чтобы разбираться, кого можно послать...

 – Проще никого не перетрясать. Передвинуть группы боевого дежурства на полторы смены, одну группу взять с собой и пойти самим. Гражданских волонтёров можно взять парочку, чтобы тяжести таскать. А вот куда поехать... Это уже вопрос, – старлей, решительно поднявшись, перешла к Андрею, расстелила свою карту перед ним. – Смотри. У нас вот тут, – указал длинный палец на пару закорючек, потом сместился в бок, – вот тут, а ещё вот здесь – есть автомастерские. Мы можем попробовать объездить одну за другой их все.

- Да, шансы найти нужное там повыше...

 – До Екатеринбурга нам не доехать, во-первых, там и мародеры побывали, и военные при эвакуации забрали всё мало-мальски ценное. Во-вторых, зараженных там до сих пор очень много. Можем попробовать поискать в Ревде и Дегтярске сначала, шансов мало, но... вдруг повезет. Уже оттуда до Полевской рукой подать. Можем там переночевать, а завтра двинуться в Снежинск и Верхний Уфалей. Что скажешь?

- Можно... плохо, конечно, что не успеваем вернуться к ночи, но...

- Здесь оставим твоего заместителя. Рыжий Бес будет на подхвате. А Антон Павлович будет во главе. Он из твоих двоих подчиненных более трезвомыслящий. У Беса еще шума в голове лишнего много.

- Оттуда и кличка, – усмехнулся Андрей. – Но ты права, это будет оптимально.

- Возьмем с собой автоматы, огнемет. На ходу наш джип с пулеметом на крыше. Прорвемся, я так думаю.

- Думаю, да. Связь с базой каждые часов шесть, чтоб с гарантией?

- Может, четыре? – предложила Ольга неуверенно, поднимаясь от карты. – Сам знаешь, места тут опасные. А мы еще недавно мародеров пугнули... Как бы не закончилось это очень плохо.

- Тогда уж лучше сразу три. Пусть дергаются, зато нам спокойнее.

- А это уже будет не очень удобно нам, не думаешь? По четыре – это удобно в дежурстве. Караул сменяется каждые 8 часов, отсчет в начале и середине, а потом отчитывается уже следующий караул?

- Тоже верно. Хорошо, так и запишем... Кого берем?

- Думаю, помимо нас нам нужны шестеро человек. Водителей возьмем из гражданских. И четверо наших военных. Один за пулемет в джип, один за огнемет. Два автоматчика. Я с винтовкой. Что скажешь?

- Нормально. И прикроем друг друга, и не слишком оголим здесь караул, – кивнул майор.

- В таком случае, надо глянуть, кто у нас из водителей среди гражданских. И посмотреть, кого из наших взять с собой. Например, вот, – Ольга ткнула тупым концом ручки, вытащенной из кармана в список перед Корниловым. – Смотри, Аксенов Макс. Отличный парень, хорошо стреляет. Можно взять автоматчиком. А рядом его друг – Лемуров Денис. Отлично стреляет, но не самый ответственный. Его лучше не брать.

- Да, пусть тут следит. А вот, Воробьёв Иван, стрелок не самый лучший, но подмечает все, даже на периферии зрения. На пулемет его можно поставить, или на огнемет.

 – На огнемет, больше пользы получится. Еще двоих нужно...

- Еще двоих... Соколова Сергея можно взять, неплохой боец, но с инициативой глухо, зато исполнительный.

- Автоматчиком с нами. Чтобы и нас не подвел, и себя не похоронил. Осталось на пулемет кого-то найти, – женщина, задумавшись, устроилась на краю стола. – Слушай. Как насчёт Берга?

- Хромой... не то уголовник, не то вояка... Да, самое то, пусть будет. Вроде проблем с ним особых не было.

 – Нет, нормальный мужчина. Собственно говоря, на него даже наши молодые посматривают с уважением. Говорит мало, зато по делу. И не дает слишком носы задирать тем мужикам, которые выживали. Правда, с тем священником они на ножах.

- Да и пес с ним. Священник кого угодно достанет... – Корнилов нашел фамилию, сделал пометку, чуть просветлев. – Итак, что мы имеем. Комплект набран?

 – Почти. Нужны два водителя, а это другой список. Открывай. Некоторых из них я знаю.

Мужчина порылся в бумажках, достал нужную.

- Ну, я тебя слушаю, товарищ старший лейтенант... Кого порекомендуешь из доступного нам пула добровольцев крутить баранку?

 – Не издевайся, Андрей, пожалуйста, – Ольга вгляделась в список, потом вообще вытащила его из-под руки Корнилова. Из списка в восемьдесят семь фамилий осталось только пятьдесят... Какие-то были хорошо знакомыми, люди присоединились к каравану в самом начале пути. Какие-то совсем недавно. В коротких графах были записаны характеристики, всё, что люди могли сказать о себе или то, что они не считали нужным скрывать. С пометкой «водитель» было несколько человек. – Есть двое с водительским стажем в два и четыре года. Один со стажем в шесть лет. О! Двенадцать лет... Нет, я знаю этого мужчину, потерял ногу. О... А... Кхм... Водительский стаж сорок шесть лет...

- Последнего точно. От водителя наши жизни зависят!

- Последнего точно? Ей семьдесят семь лет!

- Тьфу... Не годится. – Расстроился Корнилов.

- А может, возьмём? Если у неё такой стаж, и она до сих пор жива, могла и не впасть в маразм. Ого! Она участвовала в ралли Париж-Дакар!

- Чего!?

- Не оскудеет земля русская безумными женщинами, – пробормотала Ольга и захохотала. – Заняли второе место! Берём? Я уже хочу с ней познакомиться!

- Берем. Если что – сменим. С такими рекомендациями нервы там железные должны быть.

 – Ага... Нужен ещё один. Вот. Десять лет стажа. Бывший таксист. Прав нет. Отобрали незадолго до конца света за превышение скорости и лихачества. Волков Даниил.

- Да и хрен с ними, с правами. Таксист – самое то. Главное, чтоб счетчик не искал.

- Посмотрим, посмотрим. А бабулечку-божьего одуванчика зовут Катя. Катерина свет Ивановна... Идём знакомиться?

- Ну, пошли, Оленька... – изобразил старика мужчина.

- Андрей, достоверно войдешь в образ, станешь для божьего одуванчика хорошей парой. Оно тебе надо?

- Тьфу... Вот научилась где-то быть такой язвой!

- Заразилась от гражданских, – беззлобно улыбнулась Ольга.

- Так и знал, что хоть какой-то гадостью, а заразят! – ответил вполне себе живой улыбкой мужчина. – Пошли знакомиться, старлей, а то мы никогда не уедем...

 Уехали. Уже на следующий день, рано утром два джипа покинули ворота Первоуральской базы. В одной машине, которая была ведущей, ехал Корнилов. Ему в компанию был пулеметчик Берг, безбашенный таксист Волк и молчаливый парень-автоматчик Сергей.

Вторая машина, с прицепом, была укомплектована тоже целиком.

За рулем бабушка... хотя какая бабушка, там настоящая пиратка. На язык Катерина Ивановна была остра, глаза смотрели мудро и задорно. И у неё, единственной из гражданских, с собой был самый настоящий дробовик в пару к самопальному револьверу. Водила бабуська так, что Оля, сидящая с ней в машине, парень с огнеметом – Воробьев и автоматчик Макс, цеплялись за всё подряд и молились, молились, молились. С такой бабулькой только на ралли и гонять.

Связь между двумя машинами поддерживали Корнилов и Ольга.

От Первоуральска до Ревды доехали за сорок минут. Найти автомастерскую получилось быстро, на город их было две. Но одна была спалена дотла, а во второй было совершенно чисто. Ни единой запчасти, ни единого инструмента. На всё про всё – ушёл час. Ещё полчаса понадобилось, чтобы добраться до Дегтярска и местной автомастерской.

Здесь им повезло больше – пара зомби и нетронутая мастерская, где можно было порыться и, возможно, найти то, что может быть полезно для ремонта и дальнейшей жизни каравана.

Не сказать, что улов был приличным или там особо успешным, но кое-что дельное удалось найти. Среди запасов автомастерской оказалась пара редких запчастей для грузовиков, которые собирались ремонтировать серьезно в Челябинске. Теперь можно было немного выдохнуть и подумать о том, что всё-таки беженцам и прикрывающим их военным немного повезло.

Всё в том же Дегтярске удалось найти и хозяйственный нетронутый магазин. Внутри разгуливали четыре бойцовских собаки-зомби, но при наличии снайпера это даже за проблему можно было не считать.

Оля, устроившись на крыше джипа, выстрелила четыре раза, размазав мозги собак по стене. Хотя, как оказалось, внутри был ещё и хозяин, но с ним разобрался Корнилов.

Майор не тратил патроны попусту, так что выстрел сделал всего один и – зомби больше не представлял опасности. Собрав все необходимое, и немного сверх того, в этом магазине, люди поняли, что время у них еще есть, так что можно наведаться еще в один поселок, поискать запчасти и там. Перспектива заночевать вне убежища несколько пугала, но была учтена, так что решено было ехать в Полевскую.

Прямого транспортного сообщения между Дегтярском и Полевским не было, ехать пришлось через Курганово. Заодно там нашлась работающая автозаправка – и это было настоящим сокровищем!

Пока мальчишки-автоматчики заправляли машины, Оля осматривалась вокруг через прицел своей винтовки, потом подошла к Корнилову.

- Тут кто-то был.

- В смысле?.. – нахмурился майор.

- Ещё вчера. Я видела свежие следы четырёх машин. И... мясо.

- Это плохо... Нужно быть предельно осторожными, не хватало еще попасть в засаду... Думаешь Мародеры?

- Я даже не представляю отдаленно, – тихо шепнула Оля. – Но с тем учетом, что свежим мясом они кормят своих «собачек», то да... скорее всего, здесь были именно они.

- Вчера... Будем надеяться, что это просто рыщет другая группа, а не те, кто ловит нас...

- Хотелось бы в это верить. Надо будет со штабом связаться. И предупредить челябинских. Что это могут быть и к ним гости.

- Да, на ночёвке свяжемся. Раньше не стоит – ушей много.

Старлей кивнула и двинулась к машине, чуть заметно поежившись под внимательным взглядом Катерины Ивановны.

Заправив баки и все имеющиеся канистры, отряд тронулся дальше. В Полевском удалось найти все необходимые запчасти и еще кое-что по хозяйственной части, также там удалось наполнить еще два бака от трактора и погрузить их в прицеп. К тому моменту, как с делами было покончено, всем стало очевидно, что в убежище они уже не попадут сегодня, так что решено было размещаться на ночлег. По известным всем параметрам нашли этаж-убежище в старой пятиэтажке, где выставили караул и разбрелись по спальным местам. Майор допоздна общался со штабом и убежищами, потом его сменила Ольга, чтобы выйти на положенную связь с остальным караваном. 

Ночь прошла спокойно, и даже обратная дорогая к убежищу встретила людей только парой искаженных... неужели Фортуна всё-таки улыбнулась усталым людям?..

<< Предыдущая глава || Следующая глава >>

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2018