И жили они долго и счастливо...

Фантастика || Проект Искажение

Глава 14

Искатели

База только начинала обживаться, ее еще не успели не то что обойти своими ногами, но и даже изучить как следует на планах, что именно здесь есть.

Пока Искатели просто нашли жилые блоки и оккупировали один – тринадцатый. Чем понравился номер, не признался бы ни один из них. Но цифра, которая раньше всегда казалась чем-то... пугающим, в этот раз таковой не казалась. Почему-то хотелось верить, что она принесет удачу.

Должно же хоть что-то принести удачу?!

Впрочем, об этом новые обитатели базы не думали. Обживались. Точнее как, перед отъездом в Тобольск, они ткнули пальцами по дверям и забросили туда свои вещи.

Комнаты, спальные, гостиные – ещё были типовыми, и таковыми им предстояло оставаться ещё очень долго. Не было времени заниматься их обустройством, было очень-очень много дел.

Да и к тому же, искателям пока было абсолютно не до того, как выглядят комнаты, которые они занимают.

Выбрали по номерам, есть, где спать, и достаточно.

Собственно, сейчас они собрались все вместе по ещё одной причине, нужно было заселять новеньких. Квартет, вытащенный из Тобольска, выглядел не просто ошалело, четверо молодых людей выглядели пришибленными, не в силах собраться с мыслями, со словами.

Искатели относились к происходящему куда как индифферентнее. Ну, да, база. Ну, да, огромная. И чтобы передвигаться с места на место, нужно использовать электрокары, а чтобы не заблудиться – постоянно смотреть на карты на стенах.

Да, у каждого своя не просто комната, почти квартира даже. У Барса так вообще четырехкомнатная. Спальня, гостиная, кабинет и что-то вроде малого пульта управления всей базой в целом.

У остальных искателей поменьше. Ёжик и Кама, не желая играть в прятки с остальными, заняли вдвоём трёхкомнатные апартаменты.

Иваныч выбрал комнаты внизу, на пятнадцатом ярусе.

А Искатели разместились на тринадцатом ярусе.

Кстати, именно здесь предстояло разместиться квартету.

И именно это было причиной общего сбора.

Проходил сбор в гостиной Барса. Беженцев уже разместили в карантине, дав возможность вымыться и накормив горячей едой. Квартету вымыться тоже удалось, правда, воспользовались они для этого общей баней, с самым настоящим, хоть и маленьким бассейном.

Слов у девчонок не было, остались только эмоции, сплошь и рядом эйфоричные и потрясенные. Как, как такое возможно?! Это же удача! Это даже больше чем удача! Это все было совершенно невероятно.

Влад и Стас внешне отреагировали спокойнее, но даже их проняло до основания.

Обстановка в комнате была спартанской. Никаких ковров или дорожек. Впечатляющий стол, вокруг него стулья, огромный диван, пара кресел, несколько шкафов, в которые ещё только предстояло поставить книги. И было откуда – библиотека на базе тоже была, только совершенно нераспечатанная. Огромное помещение, десятки компьютеров и огромная комната просто заставленная коробками с бумажными книгами. 

Ещё в гостиной была плазменная панель. Здесь мог даже показывать телевизор, если бы появился толковый техник, чтобы всё это настроить.

Четвертым из компании искателей был Иваныч, и квартет поглядывал в сторону этого человека с искренним уважением. Мамонт в деле оказался такой мощнейшей зверюгой, что по-другому относиться к человеку, приложившему руку к его созданию, было попросту невозможно.

Помимо Иваныча, кстати, незнакомых людей больше не было.

Та самая «демоненок с алыми глазами» то ли не появилась, то ли её не пригласили.

Барс помассировал виски, затем обвел всех взглядом, остановился на квартете.

- Ну как, ребятишки? Не жалеете, что из своей норки вылезли?

- Уже начинаю жалеть, – пробормотала Юлька, полулежащая на столе. От усталости её чуть заметно потряхивало, и сейчас девушка больше всего хотела забраться в чистую кровать и проспать. Сутки, а то и двое-трое. Она была в карантине, перебинтовывала раны, обрабатывала порезы и ожоги людей, помогала ей умная девчушка из беженцев, но как врач, Юля всё равно намаялась. – У меня, конечно, дела были, но не столько же!

- Не бойся, скоро простаивать начнешь... очень надеюсь. Кстати... – мужчина кинул каждому из новичков по пластиковой карточке, затем вывел план этажа на плазму. – Выбирайте, кого где селить.

Стас взглянул вопросительно на Аню:

- Ты со мной? Или с сестрой?

Девушка на миг встретилась взглядом с сестрой, затем качнула головой, чуть виновато посмотрев на Стаса.

- Прости, ты же знаешь, что у нас не получается разъехаться... – Аня чуть сжала его руку пальчиками, словно боялась, что мужчине резко надоест такое положение дел.

Стас, повернув ладонь, сплел свои пальцы с её.

- Окей, тогда, как насчет комнат пять, шесть и семь? – предложил он. – Шестая – трешка, ваша. Двушки по бокам – наши. Влад, как ты? Юля?

- Я согласен, – кивнул приятелю Влад. Он Юлю даже не спрашивал – знал, что сестры не разделятся, и не из вредности, а они просто не могут, и давить не стоит. Да и не нужно.

Юля бросила на него благодарный взгляд, потом повернулась к Барсу:

- Вот так мы и сделаем, как уже прозвучало.

- Хорошо...- несколько быстрых команд с планшета и комнаты на карте отметились, как занятые, рядом появились имена. – Вот и все. Карточки запрограммировал пока на доступ в комнаты, ну, и общие помещения. Подробнее потом будем уже разбираться по ходу пьесы. У вас на лицах написано «Пустите меня в кровать, потом потрындим», так что, если вопросов у вас пока нет – можете укладываться, в общем-то. Все же вы после тяжелой и опасной дороги.

- Можно подумать, вы нет! – вздохнула Юля, потом помотала головой. – Хотя, ты прав, Миш. Сил нет, только бы лечь и всё, и больше ничего не надо. В голове уже туман падает, и язык заплетается, как неродной прямо.

- Вот и идите, отдыхайте. Делами завтра займемся.

Стас, поднявшись первым, потянул Аню за собой.

Аня благодарно ему улыбнулась и, поцеловав в щеку сестру, пошла с мужчиной, пожелав всем сладких снов. Влад же помог подняться Юле и, попрощавшись с остающимися, повел уже слабо соображающую девушку в сторону теперь своей уже комнаты.

Искатели остались вчетвером.

Кама, хмыкнув, перебралась со стула и приличного вида на колени к Ёжику.

Ежик ее обнял и коснулся губами шеи.

- Итак, как у нас-то дела, ребята? – спросил оставшихся Барс.

- Мы устали, – отозвалась Кама. – Мы устали не меньше чем твой квартет. И мы приволокли моралистов.

- Ты о Стасе? Да, есть у него такой недостаток. С другой стороны, хоть один моралист в наших рядах должен быть, а то с катушек полетим. По себе сужу.

- Но не до такой же степени, реально, бесит, – пробормотала Кама. – Хотя, может ты и прав, и чего-то в этой жизни я уже не понимаю...

 – Согласись, и ты, и я, когда услышали о караване, подумали одно – «не мое дело». А он подумал о том, что там люди, которые и так много вынесли, и которым нужно хоть попытаться помочь. Да, несколько подбешивает его упорство, но оно выветрится. Как бы он иногда не бесил, без него мы скоро будем не лучше Мародеров.

- Согласен, босс... – задумчиво произнес Ежик. – Действительно, туда я предложил поехать из чистого любопытства, а мысли попытаться уговорить вас отбить этих погорельцев у меня даже не появилось. Ну, попали ребята, ну выжили. «Ну и пусть выживают дальше сами – мы же как-то справились» – вот и все мысли.

- Ребят, – нахмурилась Кама. – Вы это... в своих философских тенденциях мыслительных завихрений не уходите от реальности. Мы не можем помогать всем. И всех спасти у нас тоже не получится. Мы в прошлый раз попытались спасти всего одного, чем дело закончилось? Эти просто наивные, жизнью не битые идиоты! Не понимают, что всё, не работают моральные правила. Нет их больше, нет!

Барс внимательно посмотрел в глаза Каме.

- Не соглашусь, у нас-то они работают. Другое дело, что окружающие об этом забыли. И я уже сказал – я не позволю никому больше из вас рисковать собой из-за чужака, – побарабанив пальцами по столу, Барс нехорошо усмехнулся. – Ежик, ты же юрист... Найди время, набросай-ка нам проект правил нашей жизни здесь, правил вылазок и т.д. Пока нас было мало, мы могли просто верить друг другу на слово, что остальные будут следовать этим правилам. Я готов поверить, что правилам, существующим лишь на словах, будут следовать близняшки и их парни. А вот беженцев я не знаю и не верю им. Так что нужно четко разграничить, кому что можно и нельзя.

Снайпер серьезно кивнул.

- Займусь с утра, если дел других для меня не найдете.

Кама, потерлась щекой о его плечо.

- Найдется, утром я тебя не планирую быстро выпускать. А потом, если будет нужно, помогу – чем смогу. Это просто... Отличная идея! Кстати, надо будет спуститься вниз, узнать имена людей, чем они занимались и так далее. И помнится мне, демоненок обещала, что сможет понять на ранних этапах пошло заражение или нет!

- К Еве я сейчас схожу... Звал же сюда, а чертовка не явилась, – Барс качнул головой. – К тому же надо поговорить и по делу...

- Вот-вот! Говоря о деле! Что это было?! – даже воспрянула духом женщина. – Это было даже не смешно! Это было страшно до мурашек по спине! Ты их не чувствовал, ты словно видел искаженных!!!

- Я их и видел... Похоже было на инфракрасное отражение силуэтов за препятствиями. Или этакая засветка в виде силуэтов, не знаю, как объяснить. Я пока не понял, что видел, но это полезно... хотя и не слишком комфортно.

- А можно поподробнее? – вдруг заговорил молчавший доселе старик.

- Ну, ехали мы, ехали, и вдруг Барс начинает указывать мне цели, которых ни он, ни я видеть не могли! Камеры тоже не могли ему показать их, но не ошибся ни разу! – возопил Еж. – Я там чуть не того... с крыши не упал.

Кама, потерев ухо, покосилась на своего мужчину с укором, потом пояснила нормально:

- Мы когда беженцев отбивали, уважаемый биг босс сидел со мной рядом и называл цели, которых визуальным рядом нашей техники он увидеть не мог. Точно так же, как не мог их увидеть в тот момент и Ёжик. Локатор встроенный, версия 1.0, чудовищная.

- Значит, вот чем тебя наградил укус? – задумчиво спросил Иваныч. – Ну что ж, учитывая ваши вылазки – это архиполезно. Но, согласен, нужно чтобы красноглазка тебя проверила, мало ли. Да и узнать об этой способности нужно побольше.

- Да уж... Так что сейчас договорим, и пойду к ней. Как она себя вообще вела? – где искать эту сумасшедшую он не спрашивал – и так понимал, что ее теперь из лаборатории разве что лебедкой можно вытащить.

- Закрылась в лаборатории и не выходила, – подтвердил его подозрения старик. – Ела там, спала там, общаться ни с кем не пыталась, но и не огрызалась, когда к ней заходили, чтоб еды принести. Ничего плохого сказать не могу.

Кама вначале хмыкнула, потом тихо засмеялась.

- Она точно ненормальная!

- Да уж... Ладно, ребят, всем спасибо, идите отдыхать, все намучились, – Барс поднялся из-за стола. - Спокойной ночи.

Кама кивнула, поднялась следом, хотя покидать уютное местечко ей не хотелось, потянула Ёжика:

- Ясных снов тебе, биг босс... или не совсем снов, – протянула она насмешливо, утягивая прочь своего мужчину.

- Ежик, выпори ее, заклинаю твоими колючками... – вздохнул командир, попрощался с Иванычем и пошел к электрокару. Пешком добираться до лаборатории было уж слишком долго...

… В отличие от всех остальных помещений на базе, лаборатория была уже однозначно не типовой и уж точно не заброшенной и не законсервированной. Она была стерильно чистой и вместе с тем – жилой.

Барс вошёл в помещение с помощью своей карточки, но не в саму лабораторию – а в коридор, где из огромного смотрового окна просматривалась главный зал лаборатории. Тот самый, уже обжитый, ярко освещенный и работающий может и не во всю мощь, но процентов на пятьдесят точно. 

Во всех шкафах уже стояли банки, склянки, пробирки, реторты. И не такая уж и малая часть их была пустой. На столах уже было расставлено оборудование, мощнейшие микроскопы, что-то очень трудно определяемое на взгляд непрофессионала, и даже, кажется, биохимический 3D-принтер. И при этом явно проводился какой-то опыт! Мощные компьютеры гудели, обрабатывая информацию, на плазменной панели цифры менялись графиками, постоянно что-то отслеживая.

Один из больших мониторов показывал что-то стабильное, но в таких формулах, что в них даже вглядываться не хотелось, чтобы голова не закружилась.

Но хозяйки здесь не было. Она была в другом месте, немного дальше основной зоны. Также отгороженная от основной лабораторной зоны стеклянной стеной была часть жилая. И там – были уже откуда-то мягкие ковры. Стоял огромный стол, рядом с ним два кресла. Шумел чайник. На стенах появились плакаты.

И «алоглазый демоненок» был тоже там. Ева лежала на ковре, на животе, качая босыми ногами в воздухе. Звука не было слышно вообще. Но выглядела хозяйка лаборатории довольной жизнью на сто процентов.

Барс усмехнулся активности девушки и неслышно для нормального человека вошел в «жилую» часть лаборатории. Мягко ступая, он старался двигаться бесшумно, хотя и понимал, что она его заметит с таким слухом. Приблизившись, мужчина пробежался пальцами по босым ступням, легко пощекотав «демоненка».

Взвизгнув от неожиданности, Ева вырванная из мысленной нирваны, круто повернулась:

- Пушистый! Так и заикатой сделать можно!

- И тебе привет, демоненок, – усмехнулся, негромко рассмеявшись, Барс. – Ты чего приглашения игнорируешь, м?

- Приглашения? – опешила Ева. – И да, привет, если будешь кофе – чайник там. Если кофе не будешь – падай куда-нибудь, мне на тебя голову задирать некомфортно.

Барс пожал плечами и пошел к чайнику.

- Тебе кофе налить?

- Мне, кофе? – Ева задумалась, кивнула, с неохотой поднимаясь с мягкого ковра. – Да, наливай. Я пока печеньки достану.

- Хорошо, – мужчина включил чайник. – Чашки где?

- Чашки в столе. В нижнем ящике.

- Ага, вижу... А кофе?

- А кофе около чайника, – Ева подошла ближе, осторожно вытащила из рук Барса чашки. – Знаешь что, сядь куда-нибудь, а? Терпеть не могу, когда кто-то по незнанию или неосторожности перемещает мои вещи, а я потом их искать буду... долго буду.

- Договорились, – Барс сел к столу, задумчиво глядя на девушку.

Ева была не в халате. Хотя пара белоснежных накрахмаленных в лаборатории на вешалке висели. Босиком (мания у нее на это что ли?), волосы были подвязаны в высокий хвост, и их кончики щекотали покатые плечи. Она была естественно не накрашена. Короткие шорты, открывающие бледные-бледные ноги, туника с коротким рукавом.

С какой стороны ни глянь – обычная девчонка, собирающаяся или только вернувшая с пляжа, первая вылазка после долгой зимы. И вокруг, так легко представить, никакого конца света.

Просто необычная новая знакомая.

Заправив за ухо прядь волос, Ева повернулась, безошибочно находя Барса взглядом:

- Сколько сахара, пушистый?

- Два.

- Две столовых ложки? – взглянула на него со смешком Ева, размешивая сахар в кофе, поставила на стол перед мужчиной большую кружку крепкого кофе, вытащила из-под его руки из тумбочки большую жестяную коробку с печеньем, поставила: – Угощайся.

- Ну да, – улыбнулся мужчина. – Спасибо... Уютно у тебя тут, однако...

- А? Да. Видимо, это место делал человек, который хорошо себе представлял, чем может стать лаборатория в условиях конца света. Отличнейшее место, а тут еще несколько боксов! Я даже их все не разбирала. Погуляла, посмотрела и оставила пока на консервации, правда, немного оборудования сюда перетащила. Впрочем, пушистый, если ты хотел, чтобы я присела тебе на уши, тебе следовало об этом сказать раньше. Думаю, ты здесь все же совсем по другому поводу, и мне бы очень хотелось услышать по какому.

- Я знаю, что получил за второй укус.

- Судя по тому, как это звучит, – Ева усмехнулась, – это была не оплеушка, а плюшка. И ты хочешь знать, что это такое, и как это работает?

- По сути да, – кивнул Барс. – По эффекту похоже на инфракрасное зрение – оно вдруг перещелкнулось, и я стал видеть Искаженных сквозь любые препятствия в виде подсвеченных силуэтов.

- Не инфракрасное точно. Но я поняла, о чём ты говоришь. Тебе попроще или с умными терминами и прочими радостями биохимических реакций?

- Давай попроще. Я далек от науки.

- Тогда давай от практического опыта. Был ли ты в ночных клубах, где на танцполе люди в белой одежде буквально светятся? Такое мягкое сияние, при том, что свет самой лампы, обеспечивающей такой эффект – не виден.

- Ультрафиолет-то? Да.

- Хорошо. А теперь представь себе, что твои глаза немного перестроились и стали воспринимать еще некоторые объекты, излучающую световую волну в спектре выше... – Ева замолчала, вздохнула. – Нет, это не получится попроще. Как бы так сказать... О! Знаю! У искаженных продолжают работать железы: и потовые, и слюнные, и прочие. Но, что самое интересное, у них немного меняются свойства кожного покрова. Там связано все это с меланином, немного... – «демоненок» опять сердито замолчала, тряхнула головой и продолжила, опустив кусок научного объяснения. – Одним словом, у искаженных светится кожа. В определенном спектре. Раз ты их видишь, значит, изменились твои глаза. Немного перестроились таким образом, что этот спектр ты стал воспринимать. Вот и всё. Только, как вариант, может немного ухудшиться обычное зрение, может появиться светобоязнь или слезоточивость. Ну, и всё.

- Ясненько... Ну, пока изменений других я не заметил, – Барс отпил кофе. – Вкусно... Чем занималась, расскажешь?

- Расставляла пробирки. Настраивала оборудование. Смотрела, что вы привезли из Пермского убежища. Всё. Я не делала ничего интересного, пушистый, – в тоне Евы читалось легко и продолжение: «А потому, допивай кофе и иди, например, спать, а мне дай заняться моими любимыми игрушками дальше».

- И что же мы привезли?.. – а вот мужчина этого, похоже, не заметил, задумчиво глядя на девушку. Не глядя он протянул руку, вроде бы за печеньем, но, похоже, передумал, и просто опустил ее на стол. Так уж получилось – что прямо на ладонь Евы.

Девушка, скользнула взглядом по его руке, но убирать ладонь с воплем истерично-кисейной барышни не стала, скорее по её губам скользнула насмешливая улыбка, впрочем, усмешка была спрятана почти тут же за чашкой кофе.

- Много интересного, пушистый. Самые ценные образцы я пока не открывала, оборудованию для «раскачки» нужно чуть больше времени.

- А из того, что уже посмотрела, любопытная моя? – чуть усмехнулся Барс, машинально поглаживая руку девушки.

- Ничего, почти интересного. Реагенты, реактивы. Немного красителей. Кое-что из базовых компонентов юного химика и биолога. Несколько десятков исключительно ценных компонентов профессиональнейшего вирусолога и микробиолога.

- А как на счет проверки на заражение? – Барс отставил пустую чашку, поднимаясь так, что оказался вплотную к «демоненку», глядя ей в глаза.

- Есть экспериментальный образец, я как раз над ним работала, – Ева кивнула за стекло, где менялись строчки на экране. – К сожалению, у меня нет опытных материалов, нужна кровь действительно зараженных, их мясо. В общем, мне очень нужно сделать вылазку за подопытными искаженными и получить с них толковый биологический материал. Согласно выкладкам компьютера – вероятность успеха примерно девяносто процентов. Зная то, как это всё рассчитывается, я бы поставила на восемьдесят пять. В смысле, что 85 зараженных из ста, сыворотка определит на самой ранней стадии, в течение трех-четырех часов после укуса. Если прошло больше времени, например, сутки – то девяносто два процента. На исходе третьих суток результат будет стопроцентным.

- У нас десять человек в карантине, неплохо бы узнать, не приволокли ли мы тебе потенциального подопытного. А что до искаженного... Тебе «живой» нужен или достаточно свеженарубленных частей? – рука мужчины скользнула с ладони по предплечью.

- Пушистый, теперь ты что-то проверяешь? – заинтересованно спросила Ева. – Как бы, мне до второго этапа ещё ползти и ползти. Так что, проверки не нужны. И как это вы приволокли людей? Зачем тебе люди? Я думала, что это не в твоем стиле. Биологический материал искаженных при наличии определенных реагентов можно поддерживать в почти «живом» состоянии. Грубо говоря, мне надо мясо, кровь, слюна, другие жидкости. В идеале бы немного распотрошить, получить мозг, сердце, кое-какие внутренние органы.

- Возможно... – Барс чуть лукаво улыбнулся, – Ты права, не в моем. Повесил себе на шею моралистов – поморщился мужчина. – Пусть будут, работать-то надо кому-то. М-да, проще тебе приволочь целого, руки-ноги отрубить, чтоб наверняка не стал драться, когда будем его разбирать.

- Моралисты это хорошо. Надо, чтобы хоть кто-то сдерживал, когда подобных тебе заносит. А целого, целый нет, мне нужен же не один образец, а хотя бы десяток, два десятка. В идеале – вернуться бы в мой город. Там у меня... много чего хорошего. Но если Луна не дура, там меня будут ждать.

- Когда понадобятся образцы – подумаем, где тебе их добыть... Подобных мне? – приподнял он бровь в недоумении. Рука скользнула по локтю, поднялась к плечу.

- Было бы замечательно добыть их побыстрее. Пушистый, твоя рука живёт своей жизнью, – Ева скосила взгляд вбок. – Тебе не кажется, что она слишком много себе позволяет?

- Думаешь?

- Я так полагаю.

- От чего же?

- От принадлежности, твое плечо вот здесь, – девушка стукнула пальцами по плечу Барса. – А это вообще-то мое плечо. И твоей руке на нем не место.

- Уверена? – проводил он взглядом руку Евы.

- Как ни странно, да.

- И на чем же основана эта уверенность? – со слегка насмешливой улыбкой, Барс и второй рукой провел по незанятому ранее предплечью девушки, легко поглаживая и забирая из руки забытую кружку.

- На... – Ева вздохнула. – Пушистый, вот чего ты творишь? Отобрал мою кружку. Она тебе мешала что ли?

Михаил медленно наклонился к уху Евы, прошептал, обжигая дыханием:

- Опасался, что ты меня обольешь...- губы мужчины скользнули совсем рядом с кожей, у уха, потом вдоль шеи... и все же не касались, хотя не хватало какого-то жалкого миллиметра.

- Знаешь ли, – девушка запрокинула голову, стараясь не показывать, что ноги стали словно ватными. И от голоса внутри все стянулось в тугой узел. – У меня хорошая цепкость. И я не роняю предметы на ровном месте.

- Это хорошо... – шепнул он в ответ, скользнув губами по мочке уха.

- Стесняюсь спросить для кого именно, – довольно сердито отозвалась Ева, потом вздохнула. Упрямство и гордость были её отличительной чертой, не раз её называли гордячкой, но правила того мира в этом уже не действовали, так может быть, стоило немного поменять и её собственные правила, в некоторых аспектах? – Пушистый, прекрати, или потом будет поздно, – шагнув вперёд, девушка оказалась близко-близко к Барсу, не сводя с него алых глаз: – Я же не отдам потом. Не отпущу. И на других смотреть не дам, не позволю. Очарую, соблазню, заставлю полюбить. Так, чтобы на других и смотреть не моглось, и не хотелось. Уверен, в своих действиях?

- Ты еще не заметила? Я всегда уверен в том, что делаю... – ответил все тем же тоном Михаил, не разрывая зрительного контакта и – целуя. Пока аккуратно, давая последний шанс отступить.

Но вот в чём, в чём – а в шансах на отступление Ева не нуждалась. Нет, она отступила на мгновение, ещё вопросительно глядя, устроилась на краю стола, чтобы не тянуться, и поцеловала уже сама, не мягко, а жарко и в то же время с каким-то исследовательским привкусом. Словно изучала, а что будет теперь?

Мужчина ответил на поцелуй не менее жарко, подливая в него пожара страсти. Ладони с рук девушки соскользнули, зато легли на бедра, слегка их сжимая и поглаживая.

Ее же ладони наоборот легли на мужские плечи, притягивая Барса ближе. Никаких мыслей на тему: «Что я делаю», никаких возмущений или вопросительно-риторических: «Что мы делаем?!»

Ева собиралась удовольствие получить и при этом максимально его доставить.

А стол, ну что стол, вполне подходящее для этого место.

 

***

 

Карантинный блок располагался на втором уровне, почти у самой поверхности, а ещё – совсем рядом с крематорием. С тем учетом, что по своей вместительности база должна была вмещать несколько тысяч человек, карантин был не самым большим. Всего лишь на сто пятьдесят мест. Несколько залов. Отдельные боксы на одного человека – три на три метра и отдельный закрытый туалет. Между рядами боксов – коридор, чтобы медики могли постоянно отслеживать состояние подопечных.

Неприятное ощущение того, что любое действие видят другие. А по требованиям безопасности – боксы никак не закрыть.

Бронестекло – не под силу выбить никакому зомби. Фильтры закрывают вентиляционные дырочки – чтобы не застаивался воздух, и чтобы закрытые в боксах люди могли общаться друг с другом. Если пожелают.

Сердобольная Рыбка приволокла в карантин газеты, старые подшивки журналов, книги – добрый десяток на каждого. Детективы, романы, фантастику – хотя на последнюю в свете событий реальной жизни смотреть не было никакого желания.

Первую ночь после мытья в горячей воде, пусть даже и со спецсредствами (вши, блохи и прочие «радости» беженства никому были не нужны), люди провели в постелях. Они просто выключились, не думая ни о том, куда попали, ни как быть дальше. А на следующее утро был завтрак. Каша, настоящая гречневая каша с кусочком сливочного масла. Кофе, чай, компот и молоко – на выбор!

И булочки. Совершенно чудесные булочки из белой пшеничной муки. Свежие… Ещё теплые!

Ласточка в своем боксе давилась едой пополам со слезами. Марина не ела, смотрела сквозь стекло на мужа, лежащего под капельницей. Парень – Лекс-Сашка ел аккуратно, по сторонам смотрел мало и больше дремал вполглаза.

Поколение более взрослое явно думали о том, чем расплачиваться за такую доброту.

А самое старшее поколение – та же Катерина Ивановна, например, решили, что нечего думать о том, чего ещё не наступило. Было неизвестно, не оказались ли они заражены, пока в бессознательном состоянии лежали у машин. И такое могло быть тоже.

 – Максим Петрович, – позвала Катерина Ивановна Берга. – Вы там не спите, мил человек?

- Нет, Катерина Ивановна, просто лежу, а что?

- Уважьте старушку, Максим Петрович, поговорите? Глаза старые, не хотят смотреть в эти книжки. А душа поговорить просит.

- Отчего ж не поговорить, поговорим. А о чем? – мужчина сел на кровати, чтобы видеть собеседницу.

Старушка подняла на него молодые смеющиеся глаза:

- А о местных ребятах, Максим Петрович.

- О, это тема интересная. Я вас внимательнейшим образом слушаю!

- Поверьте старой женщине, прожившей долгую и насыщенную жизнь. Этим ребятам нужны будут люди. Да, конечно, если найти, чем заплатить – они помогут добраться до ближайшего убежища. Но думаю, что тех, кто не заражен, они предложат оставить у себя. Вот только вопрос – после каких действий?

- Зачем? На военных они не похожи... по моему опыту, тут военная выправка только у двоих – снайпера и второго мужчины, который без шлема к дому нашему подходил.

- Что именно зачем? – не поняла фразу Катерина Ивановна.

- Люди им зачем, спрашиваю. Насколько я знаю, людей собирают только военные... ну да Мародеры еще.

- Чтобы выживать. Впереди, мил человек, страда. Один год ещё можно прожить на старых запасах. А два? А три? Чтобы жить – нужно продукты, чтобы обеспечить продукты в нужной степени – нужны люди.

- Но людей нужно кормить, охранять... да, банально, заставить жить по определенному укладу.

- В этом и состоит мой вопрос, Максим Петрович. Вот вы бы остались?

- Не знаю. В зависимости от условий... – мужчина задумчиво поскреб ногтями подбородок. – А вы?

- Я старый человек, – вздохнула старушка. – Мне нравится идея безопасного места. Ведь если здесь есть такой карантинный блок, всё остальное должно быть не хуже. Я бы осталась. Только я стара, кому я нужна?

- Ай, Катерина Ивановна, не прибедняйтесь! Вы еще молодежи фору дадите!

- Фору не дам! В гонке фору давать вообще вредно.

Берг рассмеялся.

- Вопрос в том, что им нужно... Но в одном я согласен – при таком огромном карантине, остальная часть убежища должна быть еще больше. Другое дело – где мы вообще? На военные убежища не похоже.... да и откуда им такое получить?

- Это вопрос. Но думаю, нам никто не ответит на этот вопрос, – улыбнулась Катерина Ивановна, потом взглянула на молящегося священника. – Отец Николай, что вы думаете?

- Всё в руках божьих, – ответил степенно тот.

- Универсальный ответ на любой вопрос, – беззлобно подколол священника Иван. – Против кого дружите, товарищи по несчастью?

- Думаем на тему того, как жить нам предложат, пострел. Ты как думаешь?

- А я никак не думаю, Катерина Ивановна, – улыбнулся молодой человек. – Я подожду, пока нас проверят, и послушаю, чего предложат. Платить мне нечем, так что выбора-то не будет.

- Выбор есть всегда, молодой человек, – прогудел наставительно отец Николай. – Просто не всегда этот выбор нам подходит. Не буду говорить о голосе Бога в душе нашей, не все его слышали, когда дни погрязли в суете сует. Но просто слушайте себя. Мы всегда можем выбрать что-то, даже если это «что-то» нам не предлагают.

- А вот это уже конструктивный диалог, – не смог не прокомментировать Берг. – И, отче, я с Вами впервые согласен. 

- Ну, дайте мне лошадь, и я доберусь куда угодно, но толку-то? – фыркнул Иван. – Кто-нибудь помнит, сколько нам в этих аквариумах торчать?

- От семи до десяти дней, стандартный карантинный срок для искаженных, – раздался тихий голос.

Отец Николай испуганно перекрестился, Катерина Ивановна дёрнулась. Кто-то из девчонок испуганно завизжал.

Ева, приподняв бровь, улыбнулась.

Белый халат, бело-серебряные волосы и алые глаза. Немудрено перепугаться насмерть, увидев такое чудовище.

Пока беженцы хватали ртом воздух, из темноты вынырнула еще одна фигура. На этот раз высокий широкоплечий мужчина в широких штанах и майке. На поясе у него висел армейский нож, а обут он был в... домашние тапки! За колоритной первой визитершей люди не сразу заметили в его руке планшет. 

- Перестань уже ускользать в темноту посреди фразы, и возникать так же, пугая людей, Бесенок, – добродушно проворчал гость. – Как поживаете?

- А... Кхм, – Екатерина Ивановна оглядела молчащих пришибленно знакомых и взяла дело в свои руки. – Доброго вам дня, господин хороший. Спасибо за помощь, в прошлый раз и не поблагодарили, как следует. Поживаем мы... смущенно, знаете ли. Боксы эти, не полежать, не поспать. Как мой внук говорил «и в носу не поковыряться».

- Зато, если кто-то додумается стать зомби – остальных не съест, – пожал плечами Барс. – Раненных уже утром обрабатывали?

- Да, – промурлыкала Ева, оглядывая боксы и прикидывая, с кого начать. – Твоя умничка, пушистый, здесь была.

- Вот и замечательно. А то я опасался, что она неделю продрыхнет теперь... – набрав в грудь воздуха, мужчина построжел и обвел взглядом беженцев. – Ладно, перестаем в шоке смотреть на мою очаровательную спутницу и слушаем внимательно. Это Ева, она микробиолог и вирусолог. Сейчас она будет брать у вас кровь из вены, для проверки на заражение. Я – Барс, или же Михаил Сергеевич – кому как больше нравится. Я же возглавляю эту группу, сами себя мы называем Искателями, если вдруг кто не в курсе. Тех, с кем закончит Ева, я опрошу на предмет анкетирования – ФИО, возраст, медицинские данные, профессия, навыки, умения, хобби и т.д. Так же отдельным пунктом, для тех, кто окажется не заражен, будет предложение влиться в наши ряды и остаться здесь. Кто не хочет – когда мы поедем Первоуральское, можем оставить вас там, а дальше живите, как хотите, до вас нам дела уже не будет. Судьба же зараженных всем вам известна и без меня. Вопросы есть?

- Мил человек, – Екатерина Ивановна, как на школьном уроке даже руку подняла, только глаза смеялись. – А скажите, пожалуйста, чем мы у вас тут заниматься будем? И как насчет таких старых и немощных, как я?

- Откуда мне знать? – пожал он плечами. – Я даже имен ваших не знаю, не говоря уже о навыках. Дело найдем каждому, не переживайте.

- Навыки у нас разные, – улыбнулась старушка.

- В любом случае, – сообщила Ева, – вначале анализы, а потом уже стройте и воплощайте наполеоновские планы.

- Да-да. Приступай, – Барс отмахнулся, отпирая первый отсек и пропуская Еву вперед.

На работу профессионала со стороны было смотреть одно удовольствие. Все, что требовалось от окружающих – это выполнять ее отрывистые пожелания.

Десять колб крови заняли своё место в специальном блоке и, оставив Барса «общать» карантинных, сама Ева ушла в свою лабораторию.

Барс же сразу, как Ева вышла от первого, подошел к нему.

- Итак, кто вы у нас?

- Берг, он же Максим Петрович. Сорок два года. Был в спецуре, потом ранение – с тех пор хромой. На гражданке занялся мебельным бизнесом, преуспевал, пока все это не началось. Сильные стороны – дисциплина, неконфликтен, если надо – могу оружие взять в руки и наравне с остальными стрелять. Из слабых – сердце пошаливает, нервничать врачи не рекомендовали, в том числе поэтому меня и списали. 

- Понятно... Мебель это хорошо, мебель это очень хорошо, – кивнул Барс, сохраняя на общий сервер первую анкету и переходя к следующему боксу со старушкой.

- Катерина Ивановна, шестьдесят девять лет. Учительница математики, хобби – гонщица, второе место в ралли Париж-Дакар, в качестве штурмана классная девочка была, но, увы, съели её в первой волне. Сильные стороны... таких не наблюдается. Вязать могу, но медленно, суставы пошаливают. Торты печь могу, вкусные, – старушка улыбнулась. – Из плохих сторон ехидная я, мил человек. Иной раз скажу, не подумав, потом сама переживаю.

- Ого... Лихо. А ехидность это полезно, Катерина Ивановна. Мы тут все ехидные, – перейдя дальше, он смерил взглядом даму-гренадера. – Теперь вы.

- Лизавета Петровна, – пробасила та, – тридцать три года. Домашние и окружающие повадились называть Лизонька, никак в иронии своей пытаясь преуспеть. Повар я, высшей категории. Служила на морфлоте, коком. Команда, на которую кашеварила, тридцать пять человек была. Кулинария же была и хобби. По долгу службы травоведениями увлекалась. Как посадить, что вырастить. Цветники, одним словом, у себя на даче разводила, когда из рейса возвращалась. Мягкая я, а из недостатков, Михаил Сергеевич, – дама вздохнула, пышная грудь пошла ходуном. – Рука у меня тяжелая. Один раз по шее дам, второй раз давать уже некому.

Барс хохотнул.

- Повару положено, а то все из-под руки утащат. Так, следующий.

- Иван Степанович, двадцать пять лет, берейтор профессиональный, хобби – кикбоксинг, кмс, – отрекомендовался смешливый Иван. – Из положительного – с любым зверем, особенно лошадьми, найду общий язык и приручу. Чувствую я их. Из отрицательного – шило в известном месте.

- КМС по кикбоксингу? Не хило... А берейтор это в тему... – Михаил перешел к молчаливому мужчине, созерцающему стену, прокашлялся, привлекая внимание.

- Валентин Сергеевич, электрик, тридцать семь. Пил. По страшному. Запойный алкоголик. После того, что увидел, пить уже не хочется. Рыбак. Неплохой. Был, – каждое слово мужчине давалось очень тяжело, но говорить то надо было. – Сорваться боюсь, так что об алкоголе даже не думаю. Язвенник. Последствия...

«Так, этому психолог нужен... Или по голове дать. Чем же его так приложило?»

- Ясно, спасибо, – еще плавный шаг, и Барс очутился напротив девушки, которая всю эвакуацию от бывшего алкоголика не отлипала, но здорово помогала Юле с раненными.

- Надя... Миронова Надя, – девушка взглянула на Барса совершенно больным взглядом. Из всех, кто здесь присутствовал, она явно была самой молоденькой. – Ласточка. Девятнадцать... с половиной. Была студенткой медучилища. Второй курс. Фельдшер-акушер. Хотела быть терапевтом общей практики. Поэтому... готовилась... поступить в медицинский... на высшее...

- Да, Юля говорила, что вы очень помогли с раненными... Это хорошо. Отдыхайте, – чуть помягче произнес мужчина, переходя к полусонному парню.

Открыв глаза, парень улыбнулся.

- Извините, придремал. Александр. Сашка. Лекс. Как угодно. К сожалению, без опыта и без рук. Фрилансером был. Журналюга. Якобы. Ну, в смысле, много трепался, и не по делу. В итоге чуть не загремел в тюрьму, хорошо, что был блат – отбрехали, а то дело бы совсем плохо закончилось. А! Возраст. Двадцать девять мне.

- А чем еще кроме сна в карантине-то заниматься? – пожал плечами Барс, переходя к священнику.

- Отец Николай, – сообщил тот сурово. – Священник. Дело моё – заботиться о душах мирских. А поскольку никого рядом не было, то и о себе тоже. Помаленьку, да с Божьей помощью любое дело осилить могу. И... – погладил он огромный крест, стоящий рядом, – даже тех, что не ушли к Отче нашему, тоже отправить туда, куда им положено быть. Пятьдесят два мне, Михаил Сергеевич.

- М-да, таким дрыном по голове – и привет Всевышнему... – хмыкнул Михаил, переходя к завороженно глядящей на мужчину под капельницей девушке.

- Марина... – сказала она, поднимая к Барсу голову. – Меня зовут Марина. Его – Дима. Мы... молодожёны... Недавно поженились. Ему двадцать шесть, я на два года младше... Он программист. Закончил физмат в Екатеринбурге. Я художница...

Командир Искателей сверился с планшетом.

- Не переживайте, Марина, все с ним будет в порядке, – успокоил он девушку. – Так, всем спасибо за ответы. Думайте пока, кто хочет остаться, а кого закинуть в Первоуральское. Относительно скоро вам принесут обед и опять обработают раны. Если кому-то что-то резко понадобится – у вас в боксах есть кнопки экстренной связи. Убедительная просьба по пустякам ребят не дергать – нервы не железные, а дел и без того невпроворот. 

Попрощавшись, Барс удалился, заливая полученные анкеты на общий сервер. Казалось бы – все, с делом закончил... Но, увы, дел у него еще было вагон и маленькая тележка.

Уже вечером Искатели опять собрались в гостиной командира, чтобы обсудить результаты этого насыщенного трудами дня. Иваныча дергать не стали, дали старику отдохнуть, зато, кроме Ежика, Камы и Барса на совещании присутствовала Ева. 

Так как они были одни, Ежик и Кама опять расположились вместе, а Ева

 оглядев предлагаемые «посадочные» места, возмущенно фыркнула и уселась на стол, рядом с Барсом.

Барс же занял свое место с все тем же планшетом, с которым практически не расставался. 

- Ну что, все собрались, все включились... Давай, Бесенок, начинай ты, пожалуй...

- Я?! – Ева возмущенно фыркнула. – И, пушистый, как ты меня назвал?! Бесенком?!

- Ей подходит, – со смешком, но довольно тихо оценила Кама.

- Ты только теперь это заметила? – удивился Барс. – Ты-ты, рассказывай, чего наисследовала.

- Ах, значит, Бесенок?! Ладно, – тряхнув головой, девушка поднялась со своего местечка и перешла к Барсу, вытащила у него из рук планшет и сама устроилась на коленях. Взглянула царственно на Каму и Ежика. – Чего он от меня там хотел? Чтобы я начинала, ну, и начну. Результаты экспресс-анализов показывают, что зараженных среди этого десятка людей – нет. За ночь результаты будут уточнены, но я так полагаю, что ещё сутки их подержать в карантине смысл имеет, повторить результаты и можно будет тех, кто вам полезен, оставлять, а остальных раскидывать по местам.

- Кхм... – Кама, с интересом наблюдая за происходящим, уточнила: – Вы бы хоть сказали, кто есть. А то я с техникой возилась в паре с привезенной блондинкой Анюткой, чтобы настроить видеонаблюдение по нашим этажам. Так что, делитесь информацией, единоличники!

Барс, укусивший Еву за ухо за ее выходку, обнял девушку за талию, протянул руку и вызвал список.

- Итак, у нас есть: бывший спецназовец, позже мебельщик. Учительница математики, она же гонщица, повар высшей категории, берейтор, он же кмс по кикбоксингу, электрик, он же рыбак, фельдшер-акушер, недоучившаяся на терапевта. Журналюга, священник, он же мастер на все руки, художница, компьютерщик. Вот, как-то так.

- Кто-кто?! – опешила Кама.

- Э... че!? – Ежик тряхнул головой. – Барс, давай помедленнее.

- Кама, ты о ком? – Спросил Барс женщину.

- Я вообще.... ничего не поняла. Учительница математики – гонщица?! Электрик – рыбак? Художница?! Тебе не кажется, что так не бывает? Звучит нереально.

- Выглядит ещё хуже, – сообщила Ева.

- В смысле? – Ежик посмотрел на Бесенка.

- Например, «электрик, он же рыбак» – находится на грани нервного срыва. «Повар высшей категории» – дама, которая может спокойно перенести пудовый мешок без вреда для собственного здоровья. Фельдшер-акушер, недоучившаяся на терапевта, – Ева засунула нос в планшет, – вообще студентка. О! Вообще, просто шедевр нашей жизни, гонщица и учительница-математики – давно уже пенсионерка.

- Ага, шестьдесят девять лет, – пояснил Барс. – Программист в отключке еще, они с художницей молодожены.

- Совсем здорово, – вздохнула Кама. – Но, по крайней мере, у нас, возможно, будут удивительно полезные люди. Правильно я понимаю?

- Правильно-то оно может и правильно, если они остаться захотят и их удастся пустить в дело.

- Ты еще скажи в расход, – расхохоталась Ева.

- Ну, такого варианта исключать тоже нельзя, – Ежик пожал плечами. – Еще новости?

- Я, наверное, – неуверенно предположила Кама. – Мы настроили видео, и твоя кудесница, Барс, кинула локальную сеть по всем распечатанным этажам.

- Замечательно, – кивнул Барс. – Дальше пока и не нужно. Времени нет эту базу исследовать, но мы еще пройдемся по ней, осмотримся.

- Говоря о времени, я даже как-то и растерялась, – вновь заговорила Кама, – а что теперь-то нам делать?

- В смысле?

- В прямом. У меня такое ощущение, что закончился завод. Нужно было найти место, где можно просто жить в безопасности. И вот такое найдено... И что делать дальше, не могу себе даже представить!

- На самом деле, для нас все только начинается. Нужно наладить здесь быт, добывать ресурсы и прочее-прочее-прочее, – Михаил вздохнул. – Работы очень много... но сейчас у нас есть время на короткую передышку, а потом надо ехать в Первоуральское, придумав, за что купить еще зверей.

- За людей? – предложила Ева. – Или как вариант за сыворотку, которая может определить заражение на ранних стадиях.

- Сыворотка – товар дорогой. За него мнооооогое можно выторговать. Из людей я бы только от журналиста да святоши избавился. Толку от них никакого, на мой взгляд, а журналюг я просто по жизни не переношу. Но их же не прогонишь просто потому, что я не люблю такой тип людей или моралистов. Да и святоша психологом может поработать для тех, кому нужно. 

- Это да. Психологи они отличные, – кивнул Ежик.

- Подтверждаю, – согласилась Кама. – А уж если священник вменяемый, то совсем хорошо. Он как... убивал? Искаженных?

- Да. Крестом! Там такая дрына... – с уважением протянул Барс.

- Крестик шикарный, – внесла свои «пять копеек» Ева, – такой... не просто шикарный, а впечатляюще-подавляющий. И мужик мне понравился, серьёзный. Не говорил всем подряд «дочь моя», «сын мой», а к пушисту так вообще по имени, отчеству обратился. Значит, понимает, что, где и как.

- Да. Он с головой, так что, думаю, приживется. Колючка, как у тебя успехи?

- Черновик готов, в общем-то... но голова теперь просто кипит, так что кое-кому придется меня реанимировать.

- Вот! Вот всегда так! Ежик старается где-то в другом месте, крайняя Кама. Где моя карательная помада?! Я что-то ее уже второй день не вижу!

- Это хорошо, – Ежик улыбнулся. – Я тебе уже скинул, босс. Почитай.

- Почитаю... Только не сейчас. Внесу свои пометки и верну, – командир свернул данные на планшете. – Давайте расходиться и по кроваткам.

- По кроваткам это хорошо, – пробормотала Кама. – Какие у нас планы на завтра, биг босс?

- Выспаться, подумать, еще выспаться, вкусно поесть, а потом заняться теплицами и прочей кормовой частью.

- Ага, значит, завтра нам предстоит начало и осмотр «посевного» ада?

- Ага. Тянуть некогда. Надо будет достать недостающие семена из склада, благо складов тут... Кхм... много. Просто не будем слишком сильно их использовать, надо наращивать запасы, а не разбазаривать.

- Тогда может вообще их не трогать? – предложила Ева лениво. – А скататься до ближайшего университета биологии или сельского хозяйства? У них есть и опытные интересные образцы и проверенные временем семена. Заодно наберем мне биологического материала. А, пушистый?

- Хм... Неплохая идея. Надо наладить, кстати, видеосвязь с базой, ее мощности хватит на любые дистанции, чтобы нам набирать то, что реально нужно.

- Тогда отлично, – Ева порывисто поднялась с его колен. – Тогда я подготовлю термосы для переноски материала. И заодно не буду вам мешать обсуждать ваши важные дела.

- Да нет, думаю, мы пока разойдемся, а термосы ты подготовить еще успеешь...

Кама усмехнулась, потянула Ежика за собой:

- Пойдем, биг босс соизволил повелеть всем разойтись.

- Счастье есть... – как-то зомбированно пробормотал вымотанный интеллектуально Ежик, обнимая женщину и уводя ее в спальню. – Чтоб я еще раз вякнул о своем юридическом образовании...

До Барса и Евы донесся женский смех, потом дверь закрылась, и слышно уже ничего не стало.

Звукоизоляция все-таки была здесь на уровне.

- А мне удаляться значит тоже можно? – уточнила Ева, глядя на Барса сверху вниз, – а то как-то, пушистый, ты слишком резко не пожелал меня отпускать.

- Тебе? Зачем? – улыбнулся мужчина. – Тебе как раз удаляться категорически противопоказано!

- Я буду настаивать на своем удалении, – противореча своим словам, Ева наклонилась, обхватывая лицо Барса ладонями, легко-легко поцеловала и отстранилась. – Я даже согласна на то, чтобы пожелать тебе, пушистый, спокойной ночи.

- Увы, этого я тебе не могу гарантировать... – притянув девушку к себе за талию, Барс поднялся, отрывая ее от пола и жарко целуя. Отпускать своего Бесенка он совершенно однозначно не планировал, как и ложиться спать в скором времени.

<< Предыдущая глава || Следующая глава >>

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2017