И жили они долго и счастливо...

Фэнтези || Светоч жизни

Глава 11. Боевой наряд.

Осквернённая земля была в городском парке. Не в самом центре, а на окраине, там, куда детей категорически не пускали родители, из-за дурной славы. На маленькой детской площадке, почти уже заброшенной, практически ежегодно случались несчастные случаи. Редко всё заканчивалось синяками и царапинами. Куда чаще можно было говорить «легко отделался» при переломах ног и рук.

Здесь ломали шеи, здесь ломали позвоночники. Здесь, встречаясь со своими «братками» устраивали перестрелки в лихие девяностые. Здесь много чего случилось.

Об этом Арине рассказал Кондратий Степанович, когда они шли от его дома. Дорога была не длинной, но и не короткой. Домик, двухэатжный, аккуратный и уютный, оказался почти в центре. Арина в городе бывавшая нечасто, даже не могла себе представить, что наряду с высотками здесь может быть такое место.

Когда же она озвучила своё удивлению Гробовщику, тот смеялся долго.

- Как правило, у инферналов и полуночников чуть больше возможности влиять на окружающий мир. Они занимают высокие должности, хорошо зарабатывают. Даже такие, как я, не имеющие «официальной» работы. Но нам нужно находиться постоянно в удобном месте, чтобы клиенты могли к нам прийти. При этом… - старичок взглянул на Арину и поддержал её, когда девочка пошатнулась. – Мы занимаемся разными делами, девочка. Спасаем людей, ищем их. Неупокоенных. Ищем пропавших. Ищем памятные вещи. Личи тоже могут сделать много полезного. Нам представили эту историю немного по-другому, да и тебе просто не повезло.

Арина кивнула. Определённо всё случившееся началось с невезения, вот только пальцы мерзко дрожали, и волосы стали седыми… И никто, никто в этом не виноват. Просто так сложилось. Просто…

- К тому же, - продолжил Кондратий Степанович, - инферналы не могут жить в многоквартирных домах. Обратила ты внимание уже, наверное. У нас лучше слух, лучше обоняние. Мы слышим с квартиры на втором этаже, как ругаются на пятом. Не самое лучшее и спокойное, что можно делать. Поэтому мы живём вот в таких домах. А сильные мастера или же наоборот, средние и слабые, когда им нужно очень много силы, уезжают поближе к земле.

- Земле?

- Некромантия в том числе базируется и на земле. Ты же говорила, что гримуары с собой взяла?

- Да.

- Там и прочитаешь. Старинные гримуары составляются таким образом, чтобы даже если вдруг ребёнок потерял родителей, рядом нет наставников – только одна-единственная книга, он всё равно мог научиться нужному. При этом гримуар никогда не закрывает доступ к тому, что есть в нём ещё. Более сложным заклинаниям, возможностям. Потому что бывают ситуации, когда маг вычерпывает свою силу до донышка… я по старинке, - немного виноват сказал Гробовщик. – Внук ругается, говорит, что от жизни отстал. Все давно уже называют это новомодным словом «экстрасенс», а я всё «маги», да «колдуны».

- А есть отличия?

- Если называть всех под одну гребёнку «экстрасенсами», то и нет, пожалуй. А вот если «маги» да «колдуны», как старая школа, то почитай различия и кардинальными будут. Главное отличие – это где лежит магия. Внутри или вовне. Вот если внутри – это магичество. А если вовне – то колдунство.

- Звучит как сказка, - заставила себя Арина улыбнуться.

Гробовщик, поглядывающий на неё искоса, кивнул одобрительно:

- В этой сказке тебе теперь жить, девочка, почитай долгохонько, если не дадим тебя убить сразу. А мы не дадим. Чай я тут не последний парень на деревне.

Арина прыснула и засмеялась. Гробовщик одобрительно кивнул и свернул в городской парк.

В воздух поднимались облачка пара, в тёплой куртке замерзнуть Арине не грозило, а на руках были перчатки. Остановил Ливий, уже когда Арина, найдя свои кроссовки в прихожей дома некромантов спокойно обувалась.

- Ты же без перчаток? Я видел ещё когда ты от лича пряталась в часовне. У тебя руки замёрзли, ты дыханием грела. Держи. У меня руки побольше твоих будут, но это старые перчатки, так что тебе будут как раз. И да, имей в виду, - довольно сердито заметил он, - никакого «нет, спасибо, не надо».

Пришлось поблагодарить и взять. Но сейчас благодаря этому рукам было тепло-тепло. У Арины не было ни братьев, ни сестёр, да и откуда бы? Не складывались у неё отношения с детьми в школе, уж тем более, не научившись общаться и взаимодействовать с социумом, она не нашла друзей в университете. Знакомые были, сложно представить себе человека, у которого бы его не было.

Сложилась своя компания в общежитии. Мало-помалу Арина даже научилась взаимодействовать с подружками на уровне не «привет, как дела, пока», а с интересом слушать, обсуждать, даже ходить в кино.

Но вот такая забота была для Арины в новинку от кого-то, кроме бабушки. Бабушка была любимой, бабушка была самой-самой важной. Главный человек в жизни Арины, без которого она просто не представляла свою жизнь.

На детской площадке Арина остановилась на входе. Гробовщик спокойно перешагнул невидимую границу, а она её ощутила. Даже могла потрогать. Тонкую-тонкую завесу. Ощущение было такое, что в прозрачно-хрустальном воздухе повисли тысячи тончайших чёрных пылинок.

- Это?

- Ты видишь? – Кондратий Степанович повернулся, разглядывая девочку.

Арина кивнула, приложила ладони на границу. Завеса под ладонями пружинила и восстанавливала тут же свою форму.

- Да, - согласилась девочка, с интересом наблюдая за границей, а потом шагнула сквозь неё в круг детской площадки и… ничего совершенно не ощутила. Как будто ничего не изменилась, просто…

За спиной границы не было тоже. Мир вокруг был точно таким же, как и везде. Никаких изменений, никаких отклонений, никаких перемен. Ничего абсолютно, нигде, никак. Вообще.

Гробовщик за девочкой смотрел пристально, потом, сделав какие-то выводы для себя, одобрительно кивнул.

- Итак, Арина. Сейчас от тебя потребуется сделать что-то очень, очень сложное.

- Очень сложное? – удивилась Арина.

- Да. Первое. Ты не должна, когда появятся эти ребята, покидать пределы площадки. Ни в коем случае. Второе, - старичок взгромоздился на качели, повернулся: - внука о таком не попросить, так что…

Арина с трудом борясь с истерическим смехом, начала качели раскачивать.

К тому моменту, как у площадки появились трое, она уже успела найти в происходящем определённую прелесть. И освоить премудрую науку правильного раскачивания качелей.

Атмосфера изменилась плавно, наверное, поэтому Арина не уловила этого. А вот для Гробовщика появление гостей неожиданностью не стало.

Качели остановились плавно, показав Арине на соседние, он с удовольствием потянулся, похрустел косточками и взглянул на тех, кто остановился у края границы.

Трое. Двое парней и девушка. Все трое – голубоглазые блондины со светлой кожей. Все как один высокие. Похожие друг на друга. Так, пожалуй, прослеживаются обычно фамильные черты. Потому что все трое, Арина это ощутила, были родственниками, но не родными братьями и сестрами.

- Пришли, наконец-то, - Гробовщик как-то раздался в плечах, стал казаться и повыше, и куда внушительнее. – Давненько на моей территории развлекаетесь, а прийти в гости и поприветствовать старого дедушку сообразили только сейчас? Я знаю, конечно, что представители Светлого рода, когда своих мелких отправляют на экзамен по взаимодействию с миром людей, они ничего им толкового не объясняют, но не до такой же степени. К старому дедушке хотя бы на чай зайти можно было. И для начала представиться неплохо было бы.

Трое переглянулись:

- А вы кто? – спросила осторожно девушка.

- Ай-ай-ай, деточка, кто ж так поступает. Пришли по следам, но даже не удосужились узнать, чьи вообще следы и о чём речь идёт. Гробовщик я. Старенький простой…

Судя по тому, как трое прибывших из Светлого рода шарахнулись, разве что не свалились, «простотой» тут и не пахло. Разве что той, которая хуже воровства, сразу смертный приговор подписывающая.

- Ай-ай-ай, - покачал головой старичок. – Что вы так отреагировали? Что так побелели? Личики то как изменились. Слышали про меня, чай, деточки? Слышали. На уроках вам рассказывали про страшного, страшного деда, который млаеньких деточек, таких как вы, ест на завтрак, на обед и вместо ужина. Куда же вы решили пойти? Мы с вами ещё не договорили. Вы дел на этой территории натворили. Я здесь не хозяин, но пока хозяин не объявится, присматриваю за порядком. Вы же порядок нарушили, не извинились, ничего не сделали, чтобы исправить нанесенный ущерб.

- Ущерб? Мы не наносили никакого ущерба, мы ничего плохого не сделали! – возмутился один из парней.

- Двенадцать гробов, - отозвался Гробовщик. – Я лично пересчитал. Каждый гроб – это разрушенная семья. Вы даже ребёнка убили.

- Что? Вы о чём? – девушка, заткнув разом обоих спутников, воззрилась на Гробовщика с недоумением и сердитым выражением лица. – Вы вообще понимаете, что говорите? Вы нас вините в каком-то…

- Тринадцатое число. Лич сказал вам, что нашёл ваше гнилое яблочко. Но когда вы прибыли на место, где должна была быть ваше девочка, вы не нашли там вообще ничего и никого. Там не было… даже того, что вам было бы интересно. Рядом была осквернённая каверна, полная смерти, куда вы, светленькие, - выплюнул Гробовщик, да так, что представители Светлого рода даже попятились. – Даже не заглянули. А может быть успели кому-нибудь помочь.

Прибывшие переглянулись. Арина, опустив голову в землю, старалась не смотреть на тех, кто пришёл. Краем глаза она хорошо видела, как Гробовщик создал меж своих ладоней… самых обычных комаров, хотя нет, о каких обычных может идти речь, когда имеешь дело с некромантом?!

Комары, выпущенные на волю, пожужжали, пролетели вокруг некроманта, потом с интересом скользнули вокруг самой Арины и вылетели за пределы границы.

- Тогда, ребятки, поворотитесь, да идите-ка вы гулять. До местной библиотеке, где есть подшивка всех газет. И идите смотрите, что вы натворили.

Светлые переглянулись.

- Вы…

- Хотите что-то добавить, ребятки? Или может быть, вы наконец-то вспомнили, что вам мамки-папки рекомендовали, когда вы попадете в другой город? Там, к дедушке в гости зайти, на чай там, принести вкусный тортик, посидеть, поговорить. Нет? Ну, так…

- Мы хотим её видеть.

- Кого? – удивился Гробовщик. – О ком вы говорите?

- Та. Она же, гнилая, пришла к тебе.

- К кому? Ко мне? К дедушке? – старичок покачал головой, укоризненно посмотрел на светлых. – Деточки, прежде чем задавать вопросы, вы бы представились хотя бы. Сказали там, как зовут вас, откуда родом будете. Как долго собираетесь пробыть в городке. Зачем прибыли. Почему помощи не просили? Не хотите ли сейчас это сделать.

- Светлые не имеют с темными никаких дел! – в запале крикнул кто-то из парней.

Гробовщик только хмыкнул, подставил ладонь для прилетевших комаров, взглянул на Арину:

- Ты пришла просить помощи. Ты была вежлива. Ты принесла подарок. Была вежлива, спокойна. Они себя ведут как хозяева, когда здесь они всего лишь гости. Теперь у меня есть то, что тебе нужно, чтобы тебя защитить.

- Эй, старик, - девушка гордо запрокинула голову. – С кем ты там разговариваешь?

- Захочет ваша семья поговорить с «гнилым яблоком», через меня просить разрешения будут.

- Почему?

- Я беру эту девушку под свою защиту. С вами же и разговаривать больше не о чем. Идите. Подобру-поздорову.

Светлые ещё могли бы поспорить. Они считали себя мощными магами, а некромант перед ними был всего лишь колдуном. Что он может? Он даже был то не на своей территории. Но вовремя вспомнив, что они то – тоже, да и вообще, в лобовом столкновении, да рядом с проклятой землёй, всё может закончиться совсем плохо…

Поэтому они немного подождали и просто ушли.

- И вот это… - Арину даже затрясло от ярости. – И вот из-за этого я оказалась на инвалидной коляске?! Из-за этого пережила самую страшную ночь в своей жизни? Из-за этого пережила клиническую смерть?! Из-за каких-то мелочных идиотов, у которых ещё детство … играет!

Гробовщик воззрился на гневающуюся девочку с удивлением. Он то считал, что она совсем-совсем тихая, не бойкая, а она оказывается может и отжечь так, что его внуку поучиться стоит! В одной фразе всё поняла, и «диагноз» этих ребят, и то насколько они мелочны.

- К сожалению, девочка, так чаще оно всего и бывает. Самые страшные беды причиняют мелочные люди, не имеющие за душой ничего: ни зла, ни добра.

- Почему?

- Зависть, - Гробовщик ссутулился, снова стал меньше росточком, придержал Арину за локоть и вместе они двинулись прочь от площадки. – Понимаешь, девочка, когда у людей за душой нет ничего, образовывается пустота, которую чем-то нужно заполнить. Заполнять её чужой благодарностью, мечтами, хорошими поступками долго, да муторно, да тяжело, да больно. Кому это нужно? Вот и делают глупости. Поступают так, рубят с плеча, никогда назад не смотрят. Они ведь не пойдут смотреть газеты. Вернутся к родителям, перескажут всё случившееся, ну, и извратят, конечно, не без этого.

- И это были Светлые…

- Давненько прошли те времена, когда Светлые светлыми были. Бачили, что такое было, что представители Светлого рода, действительно сохраняли свою светлость, ту, ради которой ангелы от своих крыльев отказывались, чтобы быть со смертными. А сейчас темные рода постесняются поручкаться с ними.

Арина сглотнула, кивнула, огляделась по сторонам:

- Кондратий Степанович.

- Да, девочка?

- А если они нападут? Там они не напали, потому что земля рядом была осквернённая, куда им ходу не было. А если здесь нападут?

- Молодые они, глупые ещё. Знаешь, девочка, - Гробовщик горько вздохнул. – Некромантов во все века не любили. А в последние годы вообще всё плохо стало.

- Почему?

- Наша стихия смерть. Увеличилось население, качественно, в разы, к чему привело?

- Смертность повысилась. В цифровом качественном выражении это не очень заметно, - пробормотала Арина, начиная соображать, - но вот не в процентном соотношении, а как «количество» - это очень страшные цифры.

- Помнишь, я тебе говорил про разницу между «магами» и «колдунами»?

- Да… - немного подумав, девочка добавила: - я так понимаю, что некроманты относятся к колдунам?

- Да. Наша власть не внутри, она во вне – в смертях. Каждая случившаяся смерть добавляет в некое… поле, не знаю, как уж там сейчас его молодёжь называет, ещё капелюшку.

- Мы по социологии доклад делали… Каждую минуту в мире умирает сто человек. Пока мы разговаривали, пока шли – их умерли уже несколько тысяч.

- Правильно. И в любой момент все эти смерти могут стать разрушительным проклятьем в руках у колдуна. Гробовщиком детей в этих светлых родах пугают. Будем верить, что они хорошо слушали сказки на ночь и не нападут.

Арина, взглянув на Кондратия Степановича кивнула и не сказала, что ей самой в это совершенно не верится. Потому что она уже ощущала спиной недобрый взгляд, ощущала мерзкое ощущение передвигающихся букашек под кожей.

Светлые были рядом и собирались атаковать.

Арина не ошибалась, впрочем, об этом ей предстояло узнать немного позднее, вначале, пока они шли по городу, отходящему ко сну, она тихо спросила:

- Кондратий Степанович, а почему их было ровно трое?

- Боевой наряд, - Гробовщик покивал. – Раньше всё проще было: воины, щитоносцы, во главе генералы, с копьями лучшие рыцари. Война была уделом умелых, да тех, кому дома не сидится, за плугом не ходится, всё «приключения» подавай. А сейчас каждый может взять оружие в руки и назвать себя воином великим. Когда вот стало понятно, что как только у кого в голове взыграет не то, что нужно, силушку молодецкую захочется показать, так и начинаются то волнения, то бурления, то ещё какая досадная неприятность. Тогда и появились – боевые наряды. В инфернальном то мире за этим специальные войска следить поставлены, а там где люди живут, там полуночные отряды из колдунов да магов человеческих создают. Подглядели у соседей, да радостно к себе поволокли не разобравшись. У инферальников как это работает? Атака, защита, да координатор. Тот, кто будущее там увидеть может, прошлое ли, с мёртвыми побачить, без тела пройтись. Не активная сила, а что куда слабее, что своего хозяина без защиты там оставляет или без возможности атаковать, но что мудрее. А наши решили, что раз в боевом союзе трое ходють, то третий должен быть универсальной заплаткой, тем, кто атаковать может и защищаться одновременно.

Арина подумала и тихо предположила:

- А в результате получается, что универсальный на себя одеяло тянет, а потом и команда разваливается?

- Правильно бачишь, девочка, правильно. Соседи то сразу скумекали, в чём проблема может быть, каким путём ходить надо, а наши всё никак не дойдут своим умешком кацапеньким… Вот ты была бы идеальным таким звеном в полуночном отряде. Координатор. Настоящий.

- Да я в воинских игрушках и не понимаю ничего, - улыбнулась с трудом Арина. – Да и боюсь я всего этого, куда мне?

- Не скажи, девочка. Не скажи. Вот ты, говорила, подругу защищала. Не знала толком, что делать, всю силу отдала, а защитила. О чём ты думала?

- О том, что её не должны тронуть, - пожала Арина плечами.

- Вот! – Гробовщик даже остановился, палец вздёрнул. – Вот! Это и есть главное, чего не хватает в боевом наряде защитнику и атакующему: желания защищать. Нужно быть достаточно слабым, чтобы вообще понимать, что бывают те, кому защита нужна. И при этом быть достаточно сильным, чтобы решить, что защиту эту оказать нужно.

- Это не про меня, - покачала Арина головой. – Совсем не про меня.

- Сдаётся мне, девочка, что сама ты силы своей не знаешь, не ведаешь. Сила та укрыта от тебя цепями, замками, мыслями, страхами. Ведь сила она то какая, она не в руках, не в магии, она в душе, да в сердце. Это только люди придумали, что это орган, ни на что не способный, кроме как кровь, да кислород по организму гонять. Придумали всякие «измы», изгнали всё волшебство из своей жизни, заставили себя забыть про всё, что не вписывается в рамки, а в результате что? Потеряли то, что терять то не стоило. Силу потеряли! Род. … - Гробовщик вздохнул. – Не слушай ты меня, девочка. Внук говорит, что пора бы перестать кипятиться, научить жить по новым правилам, а я бачу, что не получится это. Потому что новые правила они и не правила вовсе. Так, свод моральных устоев, которые и без того выполняли, не называя их устоями. Не пользовались костылями этими, не нужны они были.

- Извините, - пробормотала Арина.

Старик взглянул на неё с улыбкой:

- Светлая девочка ты, Арина. Светлая. А с родными тебе не повезло.

- Их не выбирают.

- В твоем случае, лучше бы выбор тебе дали. А вот и гости пожаловали. Держись позади, девочка. Сейчас покажу этим деятелям, что такое Гробовщик, которого им остерегаться сказано было. Не зря им бачили, что нельзя на стариков руку поднимать. Чай не вняли, чай сами и виноваты.

После той истории с личем, Арина смогла сделать несколько очень важных выводов. Например, что внешняя сила и сила внутренняя не имеют ничего общего. А ещё, что то, что кажется очень безобидным, на самом деле может принести очень много болезненных ощущений.

Чего Арина не ожидала, так это того, насколько с Гробовщиком её ожидания (и ожидания «светлого» боевого наряда) разойдутся с действительностью.

Что вообще можно подумать, увидев старичка, который качается на детских качелях? Кроме разве что самого очевидного «в маразм впал»? Мало что. И уж точно среди этого не будет ничего содержащего восхваляющие слова и выражения, что-то вроде превосходящей степени. Одним словом, что-то, что хоть немного намекало бы на опасность этого самого «старичка».

Да сама Арина! Разве бы она сказала, увидев со стороны, что этот милый аккуратный старичок, весь в морщинах, разве что не убеленный сединами, может что-то противопоставить молодым?

Скорее бы она задумалась, чем она может помочь!

Сейчас же, стоя за спиной Гробовщика, Арина понимала, что её не защищают, это просто учат залётных малолеток. Если бы только могущественный Гробовщик бы посчитал, что угроза от этих ребят больше допустимой, то от них не осталось бы даже мокрого места.

Настолько могущественным он был.

А ещё Арина осознала, что она может видеть чужую магию.

Если бы девочку спросили, какая она магия, на самом деле, то она не сразу бы нашлась со словами. Потому что магия оказалась немного не тем, чем можно было бы себе представить по фильмам. Магия была реальна, она оказывала на физический мир некое влияние. Но в то же время, магия была абсолютно нереальна.

Магия была бесконечным потоком энергии, которая проходила сквозь. Магия была шквальным ветром, от которого дрожало всё внутри, каждая клеточка, входящая в резонанс с этой бескрайней силой. Магия была огнём, от которого всё внутри сгорало в горячем пламени. На короткое мгновение эта сила заменила собой весь мир, а потом схлынула волной бездонного океана, оставив на краю у прибоя хватать воздух пересохшими губами.

Арина, осознавшая, что сидит на асфальте, а Кондратий Степанович над её головой заботливо спрашивает, всё ли с ней хорошо, положительно ответить не смогла.

Кусок боя просто выпал из памяти.

Был, был и не стало.

Не стало наряда светлых. Не стало небольшой сараюшки-киоска за углом. В асфальте появились пара новых рытвин и жалобно выла сигнализация машины, аккуратно разрезанной пополам.

Мирная пастораль.

И ни следа Светлых!

- А где? Где они? – уточнила Арина, поднимаясь на ноги.

- Домой вернулись, - ответил Гробовщик, подумав. – Что я, совсем зверь, детей малых обижать? Они чай пороху не нюхали, даже и не знали, что в мире реальном творится. К чему клоню то я. Теперь Светлые должны ко мне прийти будут. Узнать, правду ли я бачил, действительно ли взял тебя под защиту. Или просто сказал под влиянием момента. Ты живёшь спокойна. Когда Ливий готов будет, он с тобой свяжется. С личем разберётесь. А потом, потом видно будет, - со вздохом договорил старичок. – Ты это… в гости заходи.

- Готовить? – засмеялась Арина. – Но я приду.

- Хорошо, будем тебя ждать, девочка. Будем ждать.

Всё, что Арина успела, это пожелать спокойной ночи, а потом – старичок пропал, будто бы и не было его, а сама девочка оказалась у подъезда дома, где в окнах призывно горел уютный рыжий свет.

Наталья Викторовна, Таша, была дома.

На мгновение перед внутренним взглядом Арины всплыл домашний пирог, включенный чайник, вытащенный чайный набор, и мечтательно улыбнувшись, она двинулась вверх по лестнице.

Нельзя сказать, где найдёшь, где потеряешь. Арина почти потеряла своё детство и свою нормальную жизнь, но нашла новый дом.

И, наверное, такой обмен был ничуть не хуже любого другого…

<< Предыдущая глава || Следующая глава >>

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2018