И жили они долго и счастливо...

Фэндом Детектив Конан || И встретились два одиночества

Персонажи: Мияно Шихо/Кайто Кид

Рейтинг: NC-13

Жанры: Романтика

Размер: мини

Описание: Антидот найден. Эдогава Конан "уезжает" в Америку к своим родителям, а Кудо Шиничи наконец-то возвращается домой. Что делать Хайбаре Ай, которая неожиданно потеряла свою возможность на счастье? Только бежать, от себя самой, от своих чувств и от своей такой несбыточной любви.

Спустя два года она возвращается в Токио, не желая никого видеть, даже не сообщает о своем прибытии. И, однажды, ночью, находит в своей комнате Кайто Кида, который скрывался от полиции в ее квартире...

А нечего было забывать закрывать балкон!

Что будет, если встретятся два одиночества?


***

Ее шаги легкие и почти неслышные, почти невесомые.

Она входит в свой дом, в котором ее никто не ждет, и мягко закрывает за собой дверь, накидывает цепочку уже привычно, как делала это десятки раз.

Она одна, вот уже два года одна. С того самого дня, как она сделала величайшее открытие в своей жизни и совершила самую страшную ошибку, отобравшую у нее надежду на счастье.

Хайбара Ай создала антидот к созданному ей же когда-то Апотоксину.

Она не знала, на что она надеялась. Она не знала, о чем она мечтала. Она просто хотела со всем покончить, когда вручила Эдогаве Конану одну-единственную капсулу. И сказала, что она подействует через 12 часов. Конечно, после этого обязательно потребуется наблюдение, постоянные анализы, но сбоя быть не должно. Эдогава Конан исчезнет и вернется, навсегда вернется Кудо Шиничи.

Он даже не дослушал.

Этот чертов синеглазый мальчишка забрал капсулу, поцеловал ее в щеку, тепло сказал «спасибо» и «прощай», а потом умчался говорить «прощай» всем своим многочисленным друзьям и знакомым. И всем он говорил одно и тоже.

Что наконец-то родители остановились в одном месте, что они выбрали один город и теперь он уезжает к родителям в Америку, шлите письма на такой-то адрес. Даже не слушая вопросов, возражений, раздражений, он улыбался своей заразительной улыбкой и исчезал. Мальчишка проносился стремительной кометой, и с каждым законченным прощанием, отматывались последние часы существования Эдогавы Конана.

А Ай сидела в доме Агасы-сенсея и понимала, что это все. Конец.

Конец их дружбе. Конец их отношениям.

Конец ее любви.

Она сопротивлялась до последнего своим мыслям, но... сдалась, поняла, что ей больше не во что верить, поняла, что теперь она может только сразиться за сердце Кудо Шиничи. Поэтому Хайбара Ай тоже должна была исчезнуть. И девочка приняла капсулу сама.

Она даже не стала прощаться с "юными детективами", только подумала, что надо будет послать Аюми куклу, которая той очень нравилась. Мысль пришла и ушла.

Часы отправились на обратный отсчет. И следующие двенадцать часов Хайбара Ай провела за тем, что она больше никогда не сможет делать - играла в детские игры, читала детскую мангу, объедалась бутербродами с черничным вареньем и арахисовым маслом и отчаянно плакала, прощаясь со своим вторым детством, которое вышло не в пример лучше ее первого.

Потом она вместе с Агаса-сенсеем ждала возвращения уже Кудо Шиничи, а он все не возвращался и не возвращался.

Потом она ждала его же с Ран-чан, с которой ей пришлось познакомиться заново, и которая увядала с каждым днем. Агаса-сенсей и познакомил девушек в надежде, что у Шихо получится вытащить Ран из депрессии.

У Мияно этого не получилось. Не давать Ран грустить мог только Кудо Шиничи. До этого ее поддерживал Конан, о котором она заботилась, перенося на него всю свою любовь к Кудо, а теперь, когда не стало и мальчишки, Ран начала увядать.

К исходу второй недели, когда она стала напоминать тонкую былинку, он появился у дверей закрывающегося детективного агентства. В своей школьной синей форме, с шарфом, который трепал злой весенний ветер. С дипломатом под мышкой, ожесточенно ругающийся с кем-то по телефону.

Он шел спокойно, уверенно, не оглядываясь по сторонам, а Ран рядом с Шихо не могла и шевельнуться, пока Шихо не подтолкнула ее в спину, сказав:

- Ну, же, беги. Вот он!

Ран не побежала. Она сделала несколько шагов по направлению к Шиничи и остановилась, просто глядя на него. А он сделал то, от чего сердце Шихо разбилось и осталось ломкими осколками там, под ногами этих двух влюбленных.

Что-то рыкнув в телефон, он отключил его, поднял голову и просто протянул руки. К Ран. И она бросилась к нему, приникла всем телом.

Шиничи ее не целовал, нет. Они были выше этого. Он ее обнял, прижал к себе крепко-крепко, а Ран отчаянно выплакивала свое горе, пока Шиничи просто держал ее, ничего не говоря.

И Шихо ушла, даже не встретившись с ним. И в тот же вечер - уехала из дома Агасы-сенсея. В Токио ее вообще больше ничего не держало. Два года она кочевала из одного биохимического университета в другой, в поисках места, где захотелось бы остаться. Но такого все не находилось. И не находилось.

Тянуло куда-то туда, за океан, где розовый цвет сакуры несло ветром, где было горько и сладко одновременно вспоминать ушедшую любовь.

И, в конце концов, ее снова занесло в Токио. Здесь она и осталась. Прошло уже два месяца, и Шихо еще никому не сказала о своем возвращении. Да и подозревала, что не скажет. Если только случайно с кем-то встретится...

Но это вряд ли. Ее новый университет с интереснейшей научной работой располагался совсем в другом районе от района, где жил Кудо Шиничи. И квартира - тоже.

В конце концов, даже случайно вряд ли кто-то сюда заглянет.

...Усмехнувшись своим мыслям, Шихо скинула туфли в прихожей, завернула в ванную умыться и оставила на крышке стиральной машины пиджак. Сняла галстук и юбку и в одной рубашке двинулась в комнату.

Первая мысль, которая ее посетила, когда она открыла дверь в комнату – этого просто не может быть.

Вторая была произаичнее. Кайто Кид заблудился.

Третья была удивленной, наконец-то осознанной – что в моей комнате делает Кайто Кид?!

А потом гениальный вор повернулся и сверкнул в темноте комнаты обаятельной улыбкой. Подошел ближе и щелкнул пальцами, чтобы в руке спустя мгновение полыхнула белая роза.

- Приятно познакомиться, леди, я Кайто Кид. Простите, что так нагло воспользовался вашей комнатой, но у меня не было другого выбора.

- Знаю я твои "Не было другого выбора", - пробормотала Шихо себе под нос, успевшая насмотреться на Кайто еще во времена "юных детективов". Тогда этот вор, по-своему беспринципный, по-своему честный, ей даже немного нравился.

Поэтому в честь своих тех воспоминаний она даже не стала отказываться от розы. Взяв ее из руки Кайто, покрутив в пальцах, только и спросила:

- Кофе будешь?

Кайто смерил удивленным взглядом хозяйку квартиры, отметил и ее аппетитные формы, и чем-то знакомое лицо.

- И ты не будешь кричать "вор" и вызывать полицию? – недоверчиво спросил он. – Или... Слушай. А у тебя младшей сестры нет?

- Нет. И никогда не было, - отозвалась Шихо коротко. - Так что с кофе?

- Буду, - согласился Кайто, стягивая свой цилиндр и плащ и кидая их на подоконник. Оставшись в брюках, рубашке и при галстуке – он перестал выглядеть гениальным вором. А уж когда ослабил немного галстук, Шихо понимала, что перед ней не вор, не гений, а просто Кайто. Возможно, в той другой жизни, его звали по-другому, но он не назвался. И не спешил уходить.

Кайто просто возвращаться никуда не хотелось.

Старик Джи отправился на покой еще год назад. А Аоко... Аоко это была отдельная и болезненная тема, поэтому Кайто запрещал себе даже думать о ней, когда превращался в Кайто Кида.

Последние два года стали для него настоящим испытанием. Он трижды выходил на след той самой организации, которая убила его отца, и дважды уничтожал у них под носом камни Пандоры. В третий раз чуть не убили его самого.

Он выкарабкался чудом, потом лечился в больнице, не в силах даже сказать Аоко, что привело его на больничную койку. И в конце концов, ему надоело ей лгать. Постоянное умолчание вбило клин в их отношения. Она стала отдаляться. У нее появились другие дела, другие заботы.

Возможно, их отношения можно было спасти правдой. Но сложно кому-то сказать, что ты - вор, особенно если та, которой ты это хочешь сказать, будущая полицейская, которая тебя же ловить и собирается, чтобы защитить попранную честь отца.

Одиночество... окутывало жизнь Куробы Кайто и превратило бы окончательно его жизнь в тоскливое болото, если бы не Кудо Шиничи, немного безголовый сосед по парте в юридическом университете, который своей неожиданной дружбой давал надежду на что-то… Куробе Кайто было с кем поговорить и с кем разделить свою тоску.

И Кайто Киду было куда возвращаться. В пустой холодный дом. Но лучше, гораздо лучше было принять предложение смутно знакомой девушки и выпить с ней чашку кофе.

- Предлагать выпечку не буду, - сказала Шихо, заглянув в холодильник и констатировав, что скоро у нее там повесится мышь. - Но зато есть тосты с арахисовым маслом.

- Пойдет, - усмехнулся Кайто.

Свой монокль он так и не снял. Разве что в конце стащил галстук и намотал его на запястье, чтобы не забыть.

И с этой девушкой они проговорили до утра. И только когда серая хмарь городских улиц постучалась в окно, оба опомнились.

- Заходи еще, - предложила Шихо на прощание, удивляясь сама себе.

- Тогда в следующий раз с тебя кофе, с меня сладкое, - усмехнулся Кайто задорно.

И девушка кивнула.

Они встретились на следующую ночь. Кайто прилетел через окно с корзиной французских круассанов. И они снова просидели полночи, разговаривая обо всем и ни о чем сразу.

Потом он прилетел снова. И снова. И снова.

В их отношениях не было романтического подтекста. Просто встретились два одиночества. Они не спешили впускать друг друга в свое собственное прошлое и в личную жизнь.

Кайто принял как данность то, что странная Мияно Шихо совершенно спокойно относится к тому, что он вор и не пытается его воспитывать.

А Шихо просто радовалась тому, что ей есть кого ждать. Что есть с кем разделить тоску одиноких ночей и обсудить последний сингл Май Кураки или совершенно неправдоподобную историю в аниме, транслируемом по ночному каналу.

Он просто приходил и в комнате становилось светлее, от его белого плаща, от его задорной улыбки в 32 зуба, которая с каждым разом становилась все менее и менее натянутой.

А однажды он не пришел. Она просидела в кресле до утра, ожидая, что он вот-вот появится и так и не смогла сомкнуть глаз. А он не пришел.

Она до утра отслеживала все новостные ленты, боясь увидеть там, что он пойман - но и этого не было. Он просто не пришел.

Она перерыла весь интернет, в надежде найти упоминание о новом вызове, но и его не было. У Кайто Кида не было дел на эту ночь. Просто он не пришел.

Он появился следующим днем. Когда она сидела в центре комнаты, обложившись графиками и расчетами. Тихо жужжал вентилятор, обдувая разгоряченное влажное тело, покрытое капельками пота. Чуть отросшие волосы, мешающиеся и лезшие то в глаза, то скользившие влажными кольцами по шее, щекоча ее, Шихо заколола палочками, подняв наверх.

Тонкие очки то и дело сползали на кончик носа, раздражая ее.

И день не ладился.

И ей ничего не хотелось и не хотелось никого видеть. Поэтому когда в дверь позвонили, она даже не хотела идти открывать. Но звонок все не унимался и не унимался, словно тот, кто за дверью, держал палец на дверной кнопке и не спешил ее отпускать.

И Шихо не выдержала, поднялась, торопливо прошла к двери и рванула ее на себя, готовясь рыкнуть:

- Кто там?

Но она совершенно не ожидала увидеть на площадке парня, отчаянно похожего на Кудо-куна. Не его.

Она совершенно не ожидала найти ответ на вопрос, как Кайто Кид мог дурить Ран-чан и полицию, притворяясь Кудо Шиничи.

Они были похожи.

Оба. Как же они были ненормально похожи...

Кайто Кид в своем настоящем виде стоял у двери Шихо и жал на звонок.

В первый момент девушка даже подумала, что он - пьян, но Кид был трезв.

Протянув руку и передумав злиться, Шихо столкнула руку Кайто со звонка и показала на дверь.

- Входи. Кайто-кун.

- Разве мы представлены друг другу? - спросил парень тускло.

Шихо пожала плечами.

- Я знаю кто ты. И думаю, пока этого достаточно. Но не будем кричать об этом на всю площадку. Входи же.

Кайто смотрел на Шихо томительно долгих несколько мгновений. В какой-то момент, девушке показалось, что он сейчас уйдет. Что она снова останется одна, когда она поверила, что есть чье-то плечо рядом, на которое можно опереться. Но Кайто как-то горько усмехнулся и шагнул в ее квартиру.

- Подумать только, - пробормотал он, - первый раз, когда я вхожу в твою квартиру нормально.

- Кайто Киду не положено входить через дверь, - отозвалась Шихо, закрывая дверь на ключ. - Для него всегда открыто окно.

- А для меня?

Шихо промолчала. В глазах Кайто мелькнула затаенная боль, когда он не услышал ответа, и она заставила себя сказать то, что не сказала бы никогда, не будь за ее спиной знакомства с юными детективами, Мори Ран и Кудо Шиничи.

Просто слишком знакомой была тоска в глазах этого Кайто. Просто знакомым было одиночество, которое его окутывало.

Поэтому Шихо решилась и тихо сказала.

- А для тебя я всегда открою дверь.

И Кайто остался.

Он наконец-то представился по нормальному, а в оплату за доверие, ставя перед ним кружку с кофе, представилась и Шихо, просто и буднично сказав.

- Ну а я Хайбара Ай. Та самая из юных детективов.

- Которая была влюблена в Эдогаву Конану? - спросил Кайто заинтересованно.

И в его голосе Шихо не услышала ни насмешки, ни желания поковыряться в чужой боли. Ему было даже не то чтобы интересно, просто...

- Аоко? - спросила Шихо, знающая по рассказам Кайто о ней.

И Куроба кивнул.

- Она выходит замуж, - только и сказал он.

И говорить больше ничего не пришлось. Шихо поняла все, и даже немного больше, чем думал Кайто. Но ей было легче. Свою любовь она уже пережила и переросла, а в Кайто она проросла корнями, оплела его душу кровавыми порослями и выдирать ее из души или жечь каленым железом было слишком больно.

Шихо не стала ничего спрашивать. Она даже не стала ничего говорить.

Просто положила свою руку поверх руки Кайто, молча...

И их отношения продолжились.

День за днем два одиночестве притирались друг к другу. Едва-едва. Она стала для него лекарством от его одинокой и болезненной любви. А он для нее лекарством от пустого дома.

Они встречались днем как Шихо Мияно и Куроба Кайто. Ходили в кино, вместе закупались в продуктовых магазинах... Иногда вместе готовили, иногда он оставался спать. И теперь в ванной комнате стояла его зубная щетка, а в шкафу Шихо был запасной костюм Кайто Кида и пара рубашек для Куробы Кайто.

Иногда он улетал и прилетал ночью как Кайто Кид. Садился на ее окно, она забиралась в кровать и слушала байки о его очередной охоте.

Они стали больше смеяться и немного больше доверять друг другу. А еще немного снизилось тактильное расстояние.

Они больше не дергались, если случайно касались друг друга на кухне или сталкивались плечами в коридоре, когда Шихо двигалась в университет, а проспавший Кайто в очередной раз стремительным метеором метался по квартире, пытаясь успеть все и сразу.

Надо ли отмечать, что не успевал и раз за разом опаздывал?

В конце концов, нервы у Кайто сдали. И сидя за столом в маленькой кухоньке Шихо, читая последние новости, выводящиеся на экран новенького смартфона, он выдал.

- Завтра переезжаешь.

Шихо, моющая посуду, дернулась, и белая тарелка разлетелась на куски.

- На счастье, - глубокомысленно заметил Кайто, не давая Шихо тронуться с места, чтобы она не порезалась. - А завтра ты переезжаешь ко мне. Мне надоело опаздывать на учебу. А тебе что отсюда до университета одно расстояние, что от моего дома.

Шихо не нашлась что возразить.

Только и спросила:

- А вещи?!

- Перевезем, - отрезал Кайто.

И на этом дело было "закрыто".

В новом доме Шихо обживалась долго, постоянно путалась в дверях и коридорах, плохо спала, чувствовала себя чужачкой и ничего не могла с собой поделать. Пока однажды не завернула в комнату к Кайто, чтобы разбудить его на занятия.

На прикроватной тумбочке вместе с перевернутым будильником стояла в рамке карточка. В первый момент Шихо даже испугалась, что увидит там Аоко с Кайто, но все же посмотрела. С фотографии улыбалась она сама. И Кайто.

Их сфотографировали в торговом центре, куда они выбрались за покупками как раз перед переездом.

Шихо улыбнулась и наклонилась к кровати, легко потрясла Кайто за плечо.

- Подъем! - радостно сказала она. - Зовет труба.

- Скажи ей, что она позвала кого-нибудь другого, - ответил мрачно парень.

- Она зовет именно тебя.

- Какая жалость, - Кайто, растрепанный и сонный, сел на кровати, проморгался, глядя на Шихо, зевнул. - Тебя подвезти?

- С тем учетом, что мне через семь минут выходить, ты не успеешь, - сообщила насмешливо девушка, ставя на тумбочку кружку с горячим кофе. - Не опоздай на пары. У тебя сегодня Юми-сенсей принимает полузачет.

- И почему ты всегда знаешь мое расписание лучше меня?!

- Хоть иногда надо заглядывать в электронный дневник! – отрезала со смешком необычайно довольная Шихо, выходя из комнаты. И только через пару минут хлопнула внизу дверь.

А Кайто неожиданно подумал, что без Шихо в доме опять стало бы слишком пусто и горько. Она стала для него таблеткой от одиночества...

А потом Шихо уехала. В какую-то там жутко важную командировку от университета на три дня. Не особо то и далеко, всего лишь на Окинаву.

А дом опустел. И жалобно скрипела на ветру калитка. И шевелились потерянно занавески, которые некому было поправить. И обиженно покачивалась кресла-качалка, на которую некому было сесть.

У края мойки стояла забытая турка, Шихо признавала только такой, сваренный кофе. И царила тишина. Тишина пустынная, отдающаяся в голове болью и скрипом.

А потом усталый и измученный Кайто позвонил Шиничи, и отправился к нему домой. Под скептическим взглядом Ран они оба напились. Не вдрызг, но близко к тому. А под утро, когда Шихо должна была просыпаться, чтобы вовремя успеть на свою конференцию, Кайто даже запомнил ее расписание!, он ей позвонил.

Просто чтобы услышать от нее "Доброе утро, Кайто".

В ее исполнении это звучало совсем не так, как от Аоко. Не весело и задорно, а немного хрипловато.

Кайто сидел на кровати у стены, откинув голову и закрыв глаза, а перед внутренним взглядом словно живая стояла Шихо.

Как она выбирается, выпутывается из-под одеяла, ибо спит вечно беспокойно и запутывается в нем как гусеница.

Как она откидывает спутанные со сна волосы и пытается найти на тумбочке свои очки. Не потому что плохо видит, а потому что это ее своеобразная защита от окружающего мира.

Он знает, что спустив босые ноги на пол, она опять промахнется мимо тапочек и возмущенно ойкнет от холодного пола.

Кайто точно знал, что потом она посмотрит на отложенную трубку, улыбнется. Прижмет ее к уху и хриплым со сна голоса скажет свое "Доброе утро".

Шихо. Девушка с каштановыми волосами, странными вкусами. Такая разная…

Кайто не мог понять, когда она стала так ему нужна. Когда ее "Доброе утро" из ритуала, прогоняющего одиночество, стало тем самым - важным, нужным, необходимым пожеланием важного человека, который?

Кайто задумался.

- Кайто? - ее тихий голос срезонировал по нервам, отдался раскаленной иглой, и Кайто не смог ничего сказать.

Она все поняла сама почему-то.

И улыбка из ее голоса пропала, когда она, перед тем как повесить трубку, прошептала:

- Доброе утро.

А он не мог выбросить из ее головы. Мучился, сходил с ума.

Все, что было таким простым, неожиданно стало совершенно непонятным.

Они просто встретились и спасали друг друга от одиночества.

Он же не мог ее любить, у него же есть любовь к Аоко, которая теперь недосягаема.

Глядя в темное окно на свое отражение, Кайто поймал себя на мысли, что не помнит, какого цвета у Аоко глаза. Зато точно знал, что у Шихо серо-голубые глаза. Серые, когда она волнуется. И ярко-голубые, когда у нее сходится ответ в ее задаче... и она радуется этому, вовлекая в свою радость и его.

Кайто встречал ее в аэропорту. Стоял прислонившись к стене терминала, скрестив на груди руки. Он не смотрел на толпу, не искал ее взглядом. Просто ждал, давая Шихо шанс решить самой, подходить или нет.

И она подошла. Остановилась, без улыбки глядя на его лицо.

Даже не поздоровалась, просто спросила:

- Кайто?

В простом имени прозвучал и немой вопрос: "что происходит?", и тревога: "с тобой все в порядке", и обида, и радость от того, что он сейчас здесь.

Мужчины не любят признаваться в своих ошибках, тем более публично. Мужчины не любят исправлять уже совершенные ошибки, они предпочитают начинать все заново.

Открыв глаза, Кайто протянул руку и вытащил из-за уха изумленной Шихо алую розу, вручил ей с улыбкой и спросил.

- Меня зовут Куроба Кайто. Будешь моей девушкой?

Шихо удивленно распахнула глаза, принимая розу, потом засмеялась и кивнула.

- С удовольствием.

... Просто потому, что встретились два одиночества, погрязшие в тоске и меланхолии. Просто потому, что она принимала его таким какой он есть, не укоряя в воровстве. Просто потому, что он принял ее такой, какая она есть, не укоряя ее в прошлом и в бывшей работе на организацию.

Потому что они понимали, что у другого в прошлом была любовь, разбившая и душу, и сердце, и просто научили друг друга любить снова.

Просто потому что рядом им было тепло. Не надо было лишних слов, хватало взглядов и жестов.

Правда, предложение Кайто пришлось все же делать, как положено, со словами, цветами и вставанием на одно колено. А Шихо не отказала себе в удовольствии целую минуту думать над положительным ответом на его вопрос...

7.11.2012

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2018