И жили они долго и счастливо...

Фэндом Детектив Конан || Третий лишний

Пейринг: Ран/Шиничи, Ран/Кайто

Размер: мини.

Рейтинг: PG-13

Жанр: ангст, романтика

Предупреждения: ООС, AU, ветки с апотоксином никогда здесь не существовало; псевдосмерть героя

Статус: Закончено.

Аннотация: Кудо Шиничи, замученный постоянно происходящими вокруг него убийствами, совершенно теряет нить реальности. И в какой-то момент знакомит свою девушку и подругу детства Мори Ран с Куробой Кайто. И с этого начинается то, чего он даже не предполагал. Ведь Кайто так на него похож по внешности, замечательный парень, веселый, общительный и совершенно не обладает проклятьем Шинигами...

Права: Все права у Сенсея, долгих лет ему жизни.

От меня лично: Эта задумка пришла в голову после одной картинки, потом не было ни времени, ни желания. Только точная мысль, что я это обещала написать.

А когда я полезла по артам, меня заклинило на картинке, где Шиничи и Кайто сидят рядом.

 

***

 

Тебе никогда не приходило в голову, что во всем случившемся виноват только ты и никто другой?

Шиничи закрыл глаза, прижавшись затылком к дереву. Ну, виноват, что здесь поделать? Только смириться, потому что только так...

 

*1*

 

Готовиться к экзаменам приходилось буквально урывками. С каждым днем дела становились все сложней. Преступники, которые встречались на пути Шиничи, умнели не по дням, а по часам. И парень все чаще задумывался о том, не спихнул ли кто из шинигами на него свою работу. Слишком уж часто трупы встречались на пути детектива.

Не важно где он был: школа, на пути в университет, в магазин, на вокзал - трупы падали сверху с крыш и окон, всплывали в ванных, падали в обморок прямо перед ним и умирали, их сбивали машины, на них роняли плиты, рядом с ними взрывали бомбы...

Акако - прекрасная Акако только раз посмотрев на Шиничи, зашипела рассерженной змеей и исчезла. Кайто-кун, недавний знакомый, с которым Шиничи познакомился во время одного из дел, только хохотал и старался после школы почаще пересекаться с Кудо, чтобы избежать внимания аловолосой девчонки.

Вот и сегодня, было воскресенье. И стоило бы встретиться с Ран, сходить с ней в кафе или кино, или даже в парк развлечений. Но Шиничи буквально бледнел, понимая, что это придется выходить на улицу, в людные места, там где очень, очень много людей, которых видеть не хочется!!!

В парке в этом смысле было намного лучше. Насколько Шиничи был внешне законопослушным, настолько же легко нарушал внешне правила Кайто. именно он подсказал об этом местечке, маленьком, мало кому известным, окруженным со всех сторон кустарником. Надо было знать потайную тропку или уметь летать, чтобы найти его.

Шуршали бумаги, пока Шиничи доучивал последние термины юридического международного права. Кайто, устроившись на животе, слушал музыку, присланную Кудо одним из счастливо спасенных от ложного обвинения артистов.

- Вот скажи, - начал Кайто, чуть подняв голову. - Сколько можно учиться?

- Если я скажу столько, сколько надо, ты меня не поймёшь, - отозвался Шиничи.

- Естественно не пойму, столько учиться вредно! К тому же, когда ты меня познакомишь со своей подругой детства? Ты столько обещал.

- Ран? Могу прямо сейчас и познакомить, - отмахнулся Кудо, пытаясь понять, в чем отличия двух терминов в международном праве и японском.

- Знакомь.

- А? - поднял голову Шиничи.

и Кайто твердо повторил.

- Знакомь меня. Только, не здесь. Все-таки это место единственное, где ты можешь побыть без свидетелей и преступников. Если что-то случится, я тебе помогу, но все же...

- Да, да, - пробормотал Кудо, поднимаясь. - Пошли.

До тайной тропинки он так и дошёл уткнувшись в справочник. Ран он даже не позвонил, просто отправил e-mail с вопросом, не хочет ли она присоединиться к нему и другу в кафе.

Ран хотела. Она хотела всего, что касалось этого парня. Знать о нем больше, еще больше. Помогать ему. Быть рядом с ним.

А получалось только пока, что она его ждала... и все.

Девушка собралась всего за несколько минут, босоножки, летнее платье, шляпка, чтобы не обгореть на солнце. Сумочка с телефоном и двинулась на улицу.

Каблуки весело отстукивали по дорожке, Ран улыбалась прохожим, а в голове как заведенная пластинка заели слова:

"Весна приди, ко мне приди".

Она увидела Шиничи сразу. В синем пиджаке, черной рубашке, черных брюках. Как обычно воплощение стиля и элегантности. Общую картинку портил только толстый справочник, лежащий перед ним на столе.

Рядом с Шиничи сидел еще один парень.

Сердце Ран стукнуло и сбилось с ритма.

Разве бывают такие похожие?!

Они сидели рядом как близнецы. Только одетые совершенно по-разному. Тот, второй был в черных брюках и свободном джемпере, в легкой футболке. Выглядел по хулигански, немного растрепанным. И Ран поймала себя на мысли, что ей хочется протянуть руку и потрепать его по волосам. Ничего особенного, просто... просто...

- Привет, - улыбнулся этот незнакомый, когда она подошла ближе.

Шиничи взглянул на Ран и приветственно махнул ей рукой:

- Знакомься, Ран, мой друг Куроба Кайто. Кайто, это Ран, моя подруга детства и лучшая девушка на свете. Ума не приложу, как она до сих пор меня терпит.

- Приятно познакомиться, Ран-сан, - Кайто вытащил из-за уха Ран белоснежную розу и вручил ей. - Давно слышал о вас, очень много и не смог устоять. Было очень интересно взглянуть, какой же должна быть девушка, одновременно такая сильная и добрая, как рассказывал Шиничи.

"Без суффикса? Они уже такие хорошие друзья? Раньше только я могла его так называть..."

- Приятно познакомиться, - улыбнулась Ран в ответ, принимая цветок и усаживаясь за стол. - А что...

Договорить она не успела. Отчаянный вопль перепуганной насмерть женщины зазвучал над кафе, где они сидели.

Шиничи, который раньше бы только круто повернулся, сейчас мучительно застонал.

Кайто засмеялся:

- Иди уж, иди. Я позабочусь о том, чтобы твоя девушка не скучала.

- Только не рассказывай ей о тех делах, что ты видел! Не пугай.

- Понял я, понял.

Кудо, оставив свой справочник, поправил пиджак и двинулся туда, откуда доносился отчаянный крик и рыдания.

Ран проводив его взглядом, повернулась к Кайто, с ужасом на него глядя:

- Это что? Так постоянно?

- Стоит выбраться куда-то, где людей больше двух-трех и все. Шинигами.

- Что?

- Шинигами. Его так прозвала одна моя одноклассница. Посмотрела и шарахнулась прочь, перепуганная. Он пару раз ко мне приходит в школу, так она даже ко мне близко подходить не стала. Сплошная польза от знакомства с Кудо.

- Кайто-сан.

- Просто "кун" подойдет.

- Ну, хорошо, Кайто-кун, а почему вы... так похожи?

- А, меня тоже этот вопрос интересовал. Знаешь, в первый момент, когда мы столкнулись нос к носу пытался понять, что вообще происходит. То ли у меня крыша поехала, то ли я своего доппельгангера встретил, то ли у меня двойник объявился, то ли брат, - рассмеялся задорно парень. И неловкость, которая воцарилась сразу же после ухода Шиничи, лопнула как мыльный пузырь.

С этим Кайто было очень легко говорить. Обо всем и ни о чем сразу: об артистах, кино и манге, о других странах и о Японии, о храмах и ворах, драгоценностях и машинах. Обо всем на свете...

Но когда вернулся Шиничи, он так и не понял, что несколько часов назад совершил одну из самых страшных ошибок в своей жизни.

Ран они провожали вдвоем.

Девушка шла посередине, поворачивая голову то к одному, то к другому. Шиничи, ради разнообразия, говорить о деле не стал. И на пару с Кайто беззаботно рассказывал байки...

У дома Кайто обменялся с Ран телефонами, склонился перед ней и вместе с Шиничи двинулся вниз по улице - к его дому, что-то серьезно доказывая. Ран же, проводив их мечтательным взглядом, прижала розу к губам и улыбнувшись двинулась наверх, в свою комнату. Почему-то чудилось, что сегодня произошло что-то очень хорошее...

 

*2*

 

Он позвонил на следующий вечер.

Ран только вернулась с тренировки по карате и сейчас, переодевшись в домашнюю одежду, подвязывала волосы в высокий хвост.

Звонок она встретила даже с некоторым удивлением:

- Кайто-кун, что-то случилось?

- Да. Нет. Не пугайся. В общем, до Шиничи в ближайшие несколько дней мы дозвониться не сможем. У тебя телефон был выключен...

- Ну, да, я всегда его выключаю, когда я на тренировке.

- А мне он дозвонился. Что-то случилось в Лос-Анджелесе, он улетел к родителям пару часов назад.

- Шиничи улетел...

- Да. Говорил, что у тебя какое-то дело, и чтобы тебя проводил я. Я не очень понял, о чем речь, но...

- Через два дня папа едет на вызов на Хоккайдо, а у меня поздняя тренировка. Не то чтобы я...

Кайто перебил Ран мгновенно:

- Я встречу тебя.

- Это может быть не удобно, все-таки... - замялась девушка. - Шиничи не надо было конфликтовать из-за этого с родителями.

- Ничего страшного. Следить за мной все-равно некому, Ран-чан, так что можешь не подбирать слова. Отец погиб несколько лет назад, а мама сейчас где-то в Америке.

- Где-то? - изумилась невольно Ран.

- Да, - засмеялся Кайто. - Не пугайся так, Ран-чан. Где-то означает, что она переезжает почти каждую неделю, и я уже потерял счет тем городам, где она.

- Зачем?!

- Кого-то ищет, - отозвался парень, откинувшись на стену и откладывая в сторону тетради. - Ран-чан.

- Да?

- Пойдем в кино.

- Что, сегодня?

- Прямо сейчас. Я зайду за тобой и пойдем сходим. Там детектив, а как сказал Шиничи, ему этого хватает в обычной жизни, так что ...

Ран задумалась. Детектив был про молодого полицейского, всеми силами пытающимся поймать неуловимого вора. Соноко успела все уши уже прожужжать про этого красавчика, на которого она ходила уже три раза. И если Ран не сходит посмотреть одна, она пойдет вместе с Соноко, а та уже не пустит возможности восхититься происходящим и в который раз заняться поиском молодого человека...

- Пойдем, - согласилась она легко, представив все последствия такого похода.

- Тогда я зайду за тобой минут через десять. Успеешь?

- Конечно.

За океан от них двоих Шиничи на мгновение вздрогнул и круто повернулся. Женщина в алом платье с платиновыми волосами, улыбнулась ему и отсалютовала бокалом. Дрожь по спине пробежала еще раз и утихла...

А ночью ему приснился сон. Что он стоит на балконе японского особняка. Полная луна залила весь мир призрачно-ярким пугающим светом, и от этого было отчетливо хорошо видно Кайто.

С незнакомым жестким выражением лица, темным пугающим взглядом.

В груди заныло, и Шиничи рывком проснулся, словно вынырнул из глубокого омута. По темному потолку скользили изломанные ветвей деревьев, росших около его спальни. Около телефона лежала визитка Крис Вайнгард, известнейшая голливудская актриса нуждалась в помощи, а чета Кудо эту помощь обещала её оказать. И вызвала для этого – Шиничи. И теперь ему предстояло в самый короткий срок найти время, и ей позвонить…

 

*3*

 

Они встречали его в порту почти через полторы недели.

И искренняя улыбка Шиничи, когда он увидел двоих дорогих для себя людей, очень быстро увяла, сменившись вымученной и общим усталым видом.

- Кудо, тебя не узнать, - заметил Кайто, когда Шиничи с сумкой налегке спустился по трапу.

- Замучили, - отозвался парень, притянув на мгновение к себе Ран и коснувшись губами ее виска. Сейчас тепло девушки было безумно ему необходимо. И она осталась рядом, хотя обычно и стеснялась. Пошла бок о бок, едва уловимо касаясь его руки. Кайто шел с другой стороны от Шиничи, хотя предпочел бы идти рядом с девушкой.

- Двадцать семь, - пробормотал Кудо, тяжело пошатнувшись. Кайто пришлось придерживать друга за плечо, с другой стороны парня подхватила Ран. - двадцать семь последних часов без сна. Я даже сбежал из самолета, когда он приземлился, чтобы там не произошло убийства. Пересел в порту на корабль, но это не помогло. Случилось убийство сразу же, как только мы отчалили от берега.

- Пятнадцать дней и сколько трупов?

- Двадцать четыре. Двадцать четыре, Кайто...

- Шинигами, - покачал головой парень. - Так, Ран-чан, постой здесь, я пока поймаю такси. Пешком, полагаю, мы не то что не уйдем, мы даже до остановки не дойдем.

Ран послушно кивнула, чуть переступила в сторону, чтобы Шиничи было удобнее на нее опираться. Но парень отстранился, прислонился наоборот к стене около дверей. Ран, переступив на месте, подошла к нему чуть ближе, вытащив платок провела по лицу Шиничи.

- Тебя нельзя будет оставлять одного в таком состоянии. Когда ты последний раз ел?

- Вчера.

- Шиничи!

- Не ругайся, Ран. Не было времени, а когда оно появилось, я думал только о том, как пройти закоулками, чтобы опять чего-то не случилось с кем-нибудь.

- Я поеду с тобой, - решилась девушка. - Тебе сначала надо поесть чего-то горячего, а потом ляжешь спать. Продукты попрошу помочь донести Кайто-куна. У тебя замечательный друг!

- Не считая того, насколько мы похожи... - пробормотал Шиничи.

- Вы совсем не похожи! - жарко возразила Ран и замолчала.

Взгляд молодого детектива на миг полыхнул остротой и все пропало. Шиничи кивнул:

- По характеру, да?

Девушка, изумляясь собственной недоброй вспышке, мрачно кивнула. Парень же на этом заострять внимание не стал.

Бывает, разное бывает. В том числе и такое...

Когда через сорок минут такси подъехало к дому, Шиничи спал. Ран сбегала за соседом, и Кайто вместе с профессором Агасой отнесли парня домой, занесли в спальню и уложили. Дальше Ран ждать не стала, она знала, где Шиничи хранит ключи. И много покупать не надо было. Попрощавшись с профессором, девушка отправилась в магазин.

Шиничи хотелось порадовать хоть чем-то, поэтому на ходу прикидывая что купить и что приготовить.

Кайто встретил ее на полпути, когда Ран уже возвращалась в особняк Кудо. Забрал пакеты и молча пошёл рядом.

Тени сгущались. Из кустарников, росших вдоль дороги тянулись узловатые, ветвистые темные полоски. Отблески включившихся фонарей освещали дорогу.

Разговаривать не хотелось.

За прошедшие полторы недели, Ран и Кайто разговаривали каждый день. Кайто было скучно без Шиничи, с ним он и созванивался как раз каждый вечер, они обсуждали свои мальчишеские разговоры. С Ран Шиничи обычно говорил обо всем на свете. И в результате получилось, что как только Шиничи оказался вне зоны досягаемости, образовалась пустота. Мир не терпит пустот, и ее надо было чем-то заполнить.

Чем-то, а точнее "кем-то" - друг для друга оказались новые знакомые.

И сейчас, двигаясь домой к Шиничи, Ран вдруг поняла, что разговоров только с Шиничи ей будет мало. Но будет ли звонить Кайто-кун ей просто так? Она не знала.

Уже когда продукты заняли свои места в холодильнике и на полках, Кайто исчез.

Просто вручил белую лилию и растаял в тенях за окном.

Ран осталась одна.

Прошла по дому, задерживаясь в комнатах, проветривая их. Затем закрывала окно и шла дальше. Папу она уже поставила в известность, что ночует в особняке Шиничи.

Заведя будильник, Ран устроилась в гостиной на диване и сама не поняла, как уснула.

 

*4*

 

Что-то было не так. Шиничи ощущал это пресловутой интуицией детектива. Когда преступление еще может даже не случилось, а детектив как по наитию, откровению свыше уже знает, кто преступник.

В этот раз преступником он ощущал себя самого. Что-то он сделал такое, напрасное, чего делать ни в коем разе не надо было. Не то в том самом крупном деле, из-за которого его вызывала мама в Нью-Йорк, то ли здесь, в Токио.

Детектив терялся в догадках, пытаясь логикой найти несоответствие, обнаружить причину неприятного сосущего чувства под ложечкой. Но не получалось.

Он был дома. Шиничи покатал фразу в мыслях, на языке. Нет, дело не в этом.

И даже не в том, что ему постоянно сыплются на голову преступные дела... Словно становись затворником, и никуда даже носа не высовывай.

Досадно, неприятно, а еще очень походит на тренировку перед каким-то чудовищным делом. Делом, которое может стать для него поворотным.

Но все же не это заставляло сердце в тревоге сжиматься, словно чья-то когтистая лапа обхватывала его и сжимала, сдавливала без устали.

Что-то случилось вчера? Куроба и Ран встречали его с парома. Встречали вместе...

Сердце сжалось тревожно. Вместе. Они пришли не по одному. Они не встретили Шиничи по отдельности, они были рядом.

"Да ладно!" - возразил он сам себе, - "совпадение. Случайность. Глупости какие в голову пришли. Чтобы пока меня не было, мой лучший друг увел у меня девушку, а моя девушка, моя любимая!, влюбилась в другого? Нет, конечно, же нет. Они знакомы то всего пару дней".

Интуиция коварно шепнула, что самого Шиничи все это время не было рядом. А девушки так не любят одиночество.

"Ран не такая. Ран - моя!"

Интуиция не утихала, доводы рассудка ее волновали мало. Сердце глупое сжималось в страхе, боясь потерять самую важную, самую необходимую девушку на свете.

Шиничи даже потянулся к телефону, чтобы немедленно позвонить, но к счастью, взглянул сначала на часы.

Слишком поздно, чтобы звонить! Надо было вставать, мчаться в ванную и двигаться в школу! Причем, если он не хотел опоздать, то отправляться даже и без завтрака!

Когда же парень вышел из ванной в банном халате его ждали: заправленная постель, его школьный костюм на ней и свежая рубашка. Ран на краешке стола с кружкой кофе в руках.

«Я сплю», - это была первая осознанная мысль Шиничи.

Его любимая девушка, чуть заметно заалев, подошла ближе и вручила ему чашку кофе.

- Держи. Знаю я тебя, детективный маньяк, пока не выпьешь кофе – не проснешься. Когда оденешься, займись школьной сумкой. Расписание, у нас изменения на сегодня, я тебе положила. И спускайся потом вниз, я приготовила завтрак.

- Ты мне снишься, Ангел, - засмеялся детектив, принимая из рук девушки кофе.

- Еще немного, - пообещала Ран, демонстративно стукнув по циферблату часов, - и я стану демоном, потому что из-за тебя опаздывать в школу я не хочу.

- А мы пойдем вместе?

- Ну, конечно! Или ты думал, что может быть по-другому?

Шиничи никак не думал. Шиничи любовался.

Высокой, стройной девушкой, с гривой распущенных каштановых волос, с сверкающими глазами: и сердится, и переживает, и заботится. Кофе был забыт и отставлен в сторону.

Ран не успела выйти из комнаты, детектив был немногим быстрее.

Остановив ее у входа, он улыбнулся:

- Поймал. Мне положена награда.

- А как же кофе?

- Это не считается!

Девушка не находится, что возразить. Шиничи так близко, от него пахнет незнакомым одеколоном. Свежим, чуть горьковатым. Его сердце стучит чуть быстрее чем обычно, а ее частит, бьется…

Ран не знает, чего хочет больше – сбежать и подальше, или чтобы парень склонился к ней и…

Шиничи прошептал что-то очень тихо, она даже не осознала, что именно.

Зато поняла, чего ей хочется больше, чтобы парень ее обнял еще крепче, прижал к себе еще ближе и не отпускал, целовал так… еще, еще немного…

Был забыт кофе. Завтрак. Уроки.

Размышления. Сомнения.

Улетучились мысли.

Остался только стук сердца на двоих. Осталось только ощущение всепоглощающей нежности и заботы…

 

*5*

 

В школу они опоздали.

Сенсей пожурил обоих, но в коридор выгонять не стал, все-таки не ученики младшей школы. Озадачив с ходу обоих прогульщиков задачей по математике, сенсей на этом воспитательный процесс счел оконченным и продолжил объяснение нового материала.

А Ран и Шиничи то и дело сталкивались взглядами, от чего девушка едва заметно краснела.

В голове что у детектива, что у самой Ран не было связных мыслей.

Зато было ощущение, что весь мир вокруг стал одним большим третьим лишним. И от этого третьего лишнего хотелось немедленно, как можно быстрее избавиться.

Поймав взгляд Шиничи, девушка опустила ресницы, алея, потом снова подняла, украдкой за ним наблюдая. За тем, как он чуть покручивает в руках свой карандаш, за тем, как отодвигает пряди за ухо.

И совсем не похоже на Кайто.

Коварное сердце допустило короткий перебой.

Что это с ней такое? Она же только что была с Шиничи, она целовалась с ним, как никогда. Он обнимал её, закрывая ото всего мира собой, своими крыльями. Ран казалось, что они действительно есть. В полутьме спальни, отгороженной тёмными занавесками от улицы, в рассеянном свете настенного светильника.

Пахло лилиями, сладкий воздух дурманил голову, кружил! Но сильнее голова кружилась от поцелуев Шиничи, от его твёрдых губ, от его нежности.

И…

Интересно, а как целуется Кайто?

Очередная мысль коварного подсознания скользнула по щеке мягким касанием лепестков белой розы, обожгла, ударила по сердцу, ударила в спину, заставив задохнуться от ужаса.

Прошло ведь всего две недели! Что же она творит? Что делает?

Столько времени была рядом с Шиничи, любила его, а теперь стоило появиться кому-то… и она…

«Не кому-то, Кайто! Кайто не кто-то!»

От подобного оправдания сердце заболело только сильнее.

Разве так бывает?

- Ран, - толкнув подругу в бок, Соноко покачала встревоженно головой. – С тобой всё в порядке?

Девушка торопливо кивнула, выдавливая из себя благодарную улыбку.

Что же она творит, что?!

Наверное, ей просто нужно время! Да, именно оно всё расставит по своим местам. И она со всем справится, она сможет, она всё поймёт. Она не предаст Шиничи!

Она… предаст себя и Кайто?

Подсознание вело себя как капризный ребёнок, издевалось, насмешничало, и Ран скручивалась на стуле, ощущая, как реальность ускользает из её рук прочь осколками разбитого зеркала. И пока в одном кусочке отражался Шиничи, в другом насмешливо смеялся Кайто.

Так не бывает! Не бывает! Не…

Сознание померкло, в глазах потемнело. Сердце застучало тревожным набатом. Кажется, рядом вскрикнула Соноко.

Кажется вокруг сжались руки человека, которого она считала самым любимым, самым нужным, самым важным.

Но губы сложились в своем другое имя…

Кайто.

Кайто…

Прошло всего две недели, они провели их даже не близко, но рядом. Он знал о ней всё, Шиничи ничего не скрывал от друга. Но если при этом гениальный детектив-кун понимал, что происходит с Ран лучше её самой, и с лёгкостью выбирал для неё то, о чём она мечтает, то Кайто такими возможностями не обладал. И он пробовал, подбирал, опираясь на интуицию.

Шиничи было не с руки гулять по тиру, а Кайто потащил её туда, потом в цирк и в аквапарк.

Рядом с Шиничи было надежно. Рядом с ним казалось, что он – надёжная стена, закрывающая её как хрупкий цветок ото всего на свете. А рядом с Кайто она была как окруженная лёгким забором. Порыв ветра его сдует прочь, уничтожит, но надёжная стена не пропускает солнца и лёгкого бриза, и она умирает, задыхается, гибнет.

Обманывает сама себя.

Ресницы качнулись.

Из раскрытого окна доносился шум улицы. Пахло лекарствами. Не самый приятный запах, и к тому же не самый знакомый, если учесть, что в медпункт Ран была чаще лишь добровольной медсестрой, когда залечивала царапины и ссадины Шиничи.

Сердце расколотое напополам отдалось раскатом боли. Она была уверена, что будет любить его вечно. Она считала, что ничто на свете не сможет их разделить, а сама так легко отказалась ото всего, что их связывало.

- Шиничи, - позвала Ран на удачу. Но никто не откликнулся.

Ну, конечно…

На что она надеялась?!

На то, что самый лучший в мире детектив просто не поймёт, чьё имя она назвала. Просто не уловит того, что она позвала другого человека?!

Шиничи?!

Шиничи…

Слезы покатились сами собой. И как девушка не пыталась успокоиться, у неё не получалось. Всё смешалось воедино, и казалось, казалось, что она прощается с Шиничи. Что прямо сейчас, пока она здесь, пока его нет рядом, происходит что-то чудовищное.

Что-то, что не должно случиться!

Ноги сами собой понесли её к окну, опершись на подоконник, Ран огляделась по сторонам сквозь резь в глазах и слёзы, застилающие взгляд. Нет, нет. Кажется, показалось! Ничего, никого.

Только алый спортивный мустанг, на капоте которого сидит не девушка – женщина, настолько красивая, что даже самый взыскательный взгляд не нашёл бы в ней ничего хоть немного отклоняющегося от ёмкого «идеально».

Она была воплощением идеала.

Она была предвестником беды.

Сердце было милостиво к ней, оно больше не стало её мучить – раскололось на две части, и пока одна кровоточила, раздираемая болью и сомнениями, вторая рассыпалась в прах.

Шиничи шёл по дороге к этой женщине, к этому мустангу, а Ран оставалось только смотреть на него сверху. Смотреть на то, как он идёт к своей гибели.

Крик сорвался с губ, но он был слишком тих, чтобы кого-то остановить, чтобы что-то предотвратить.

«Твой последний шанс», - сказало что-то внутри Ран, и вцепившись в подоконник она отчаянно закричала, надрывая голосовые связки, вкладывая в крик всё своё отчаяние, всё то, чем сейчас была переполнено, что сейчас жгло, рвало её изнутри:

- Шиничи!

Он повернулся.

Она могла позвать его шёпотом, и он бы услышал. Это же Шиничи.

Её детектив. Самый лучший детектив на свете.

Конечно, он услышал, ему не надо было гадать, где её искать. Его взгляд как по ленте, как по ниточке скользнул к ней.

Губы, которые ещё несколько часов назад целовали её так нежно, шевельнулись.

И Ран не зрением, животным инстинктом смертельно раненьго зверя поняла, что он сказал:

- Прощай. Любимая.

А потом просто стало поздно. Машина уехала… а её не стало…

 

*6*

 

Ей снился дурацкий сон.

Что мир вокруг неё рушится, раскалывается, разбивается на крупные и мелкие осколки, мелкой трухой сыпется сквозь пальцы.

А она стоит в доме, дом знаком и это окно тоже. Это дом Шиничи.

И она даже знает место, где она – это спальня!

И ещё недавно она была здесь не одна. А вместе с человеком, который?

Мысль сбивается, теряется, ускользает прочь серебристой рыбкой. Она пытается её понять, даже не задумываясь, что рыбка делает в воздухе, но рыбка мчится прочь, а потом на глазах чернеет и всплывает к потолку кверху брюхом.

Подсознание издевается над ней. Но разве она в чём-то виновата?!

Растерянная, не понимающая, что происходит, Ран отшатывается к окну и слышит голоса.

Первая мысль детская и даже как будто и не её.

«Я спрячусь здесь! За занавеской и когда Шиничи появится рядом – как выскочу, как напугаю его!»

Так могла бы думать маленькая Ран, прятки ей всегда удавались, а Шиничи всегда удавалось легко её найти.

Но в этот раз он её не ищет.

Шиничи стоит внизу, на заднем дворе дома. По его телу медленно катятся капли воды, словно бы он вылил на себя только что целое ведро. Но она смотрит и видит совсем не это. По всему телу у него отметины. Алые, жёлтые, чуть синеватые, отпечатки зубов и тонкие длинные царапины.

Подрался с бродячей кошкой?

Мысль кажется настолько глупой, что она срывается на смешок.

Нет, совсем нет. Она знает, что это за отметины. У неё самой такая есть, чуть пониже шеи. Алая отметка прячется под отложенным воротничком рубашки, намекая, что она не сама по себе, что есть тот, который готов в любой момент заявить на неё свои права. Метка принадлежности.

И снова мысль кажется неправильной, какой-то очень нарочитой и глупой.

О чём она думает? Ведь это же…

След слишком собственнического поцелуя.

И она даже знает, кто может Шиничи так целовать, как она никогда не отважится, а теперь…

И не сможет. Ведь она от него отказалась, а он с ней попрощался…

 

…Ран проснулась в слезах…

В комнате было уже темно, или ей это только так показалось?

Около окна было что-то белое, что-то…

И пахло знакомо. И голос…

- Проснулась?

Нет. Голос был чужой.

Но в то же время, в этом голосе были знакомые нотки. Так говорил другой человек, которого она хорошо знала. Но хорошо ли?

Воздух снова пах лилиями. Так дурманяще, что кружилась голова. Но слёзы высохли, и она снова была в кровати. Кто-то переложил её сюда? А… да. И этого человека в белом она тоже знала, видела его не раз в фотографиях Соноко. «Любимый Кайто Кид-сама», «восхитительный Кид-сама», «неуловимый», «великолепный», «обворожительный», «вор».

С губ сорвался истерический смешок, когда Ран села на кровати. Отказать ей в интуиции, да и смекалке было нельзя. Она легко догадалась где мог познакомиться Кайто Кид и Кудо Шиничи. Могла догадаться и о том, почему это знакомство переросло в дружбу.

- Он знает? – горло болело, и Ран не столько нормально говорила, сколько хрипела.

Белая тень от окна шагнула ближе, раскланялась, сняв свой цилиндр, а потом Кайто Кид, самый известный и неуловимый вор последних двух лет, сел на стул около кровати Ран.

- Знает. Хотя где-то пару дней мне удалось поводить его за нос. Как ты догадалась?

- Я всё-таки дочь детектива. И девушка… бывшая девушка гениального детектива.

- Бывшая?

В голосе Кайто много-много удивления, но совсем нет радости. Нет там и огорчения. Он смотрит на Ран очень внимательно. Его глаза словно проникают в её душу, в надежде найти там какой-то ответ.

Но видимо не находит, потом что парень скидывает свою маскировку на стул и пересаживается ближе к Ран, и ему совсем не кажется, что надо быть дальше. Он тихо спрашивает:

- Почему?

И на этот раз теряется Ран. О чём спрашивает этот непостижимый вор?

Почему она знает, что он и есть Кайто Кид? Почему не закричала? Почему бывшая девушка? Почему что?

- Что именно? – спрашивает она.

Кайто протягивает руку. Его пальцы чертят круг как раз вокруг того места, где – Ран знает это точно, слабая алая отметка. И она теряется в мыслях, ощущениях, боли, счастье…

Теряется, разрывается на куски. И мысли снова уплывают.

«Так не бывает», - мысль приходит охлаждающим душем изнутри. – «Ты же не кошка в марте! Встряхнись! Это не логично».

Но она знает, что в мире далеко не всё происходит в соответствии с законами логики, поэтому молчит, только смотрит на Кайто, не догадываясь, как выглядит сейчас. Что в её глазах целая бездна, в которой можно потеряться, умереть, раствориться без следа.

«Так не бывает», - приходит мысль в голову Кайто. – «Мы знакомы всего две недели, а ощущение, что целую вечность».

- Так не бывает, - Ран закрывает глаза, откидывает голову на подушку. Весь мир вокруг качается, куда-то пытается ускользнуть, и её тошно, и очень хочется, чтобы Шиничи вернулся. Она сможет всё объяснить! Правда, сначала бы самой понять, что случилось.

- Почему? – снова слышится от Кайто.

И когда Ран фокусирует на нём взгляд – он очень близко. Он уже не сидит рядом, он нависает над ней. Его правое колено между её ног, его рука около её лица. И ей совсем не страшно, только в груди сердце колотится и зябко, так зябко, что хочется, чтобы эти руки её согрели.

Ей больно, страшно. И весь мир, который она знала вчера, развалился на куски. Она больше ничего не понимает. Не знает.

И Кайто перестаёт спрашивать. Он наклоняется, касается губами нежной девичьей щеки, отступает в тень и тает, исчезает.

Ран остаётся одна.

Качаются на сквозняке от открытого окна занавески. Она скручивается в клубочек, подтягивает коленки к груди, закрывает глаза и говорит себе, что плакать уже поздно. Надо жить дальше.

Надо жить дальше.

А на следующее утро становится понятно, что жить дальше не получится. Этому придётся учиться заново, потому что в газете, которую всё прячут от Ран почти весь школьный день, вышла статья.

В которой всего в нескольких словах содержится то, что наносит ей окончательный удар, после которого она не может стоять, не может плакать, не может дышать и даже не может закричать.

«Трагедия на горном серпантине унесла жизнь голливудской королевы Крис Вайнгард и молодого детектива-школьника Кудо Шиничи».

 

*7*

 

Что она должна ощущать? Боль? Что это такое? Она бывает разной?

Она бывает одной. Одной-единственной. Всепоглошающей. Острой. Такой что ни дышать ни жить уже не получается.

И в мире больше нет ничего, за что можно было бы зацепиться. Хотя, кажется, она и не особо этого хочет.

Вокруг больница. В те редкие моменты, когда в её сознании наступает короткое просветление, она осознаёт это. Но потом просветление проходит, и она снова падает в свою личную тьму.

Это её вина.

Её.

Её!

Если бы она была хоть немного умнее.

Если бы она обдумала перед тем как говорить… Если бы она знала, кого выбрать, если бы она не выбирала! Ничего бы этого не случилось.

Она уверена в этом настолько, что не слышит окружающий мир. Он остаётся для неё где-то за границей понимания, восприятия.

Иногда рядом слышны чьи-то голоса. И за один голос она цепляется, тянется к свету, отчаянно, стремится туда, к солнцу, к теплу, к задорной улыбке и мягким вихрам, белым розам и запаху белой лилии.

Но голос стихает, голос больше её не зовёт и она снова и снова бесконечно падает в ад, в котором ей нигде не найти приюта.

Она не помнит имени этого человека. Где и когда с ним познакомилась. Она не очень то помнит, как зовут её саму. Как зовут того, из-за кого ей так больно. Она забыла немного больше, чем следовало.

А однажды ночью она открывает глаза.

В комнате холодно.

Кажется, это осень? Или ранняя зима? А может весна?

Она запуталась во временах года, и с её губ срывается короткий смешок.

Рядом с ней что-то белое, широкое… плащ? Белый плащ. И монокль. И цилиндр. Один за другим в её голове всплывают названия вещей, которые ни о чём ей не должны были говорить. Но говорят, словно крючки цепляют одно за другое, тащат, тащат что-то на поверхность.

Но что именно у неё никак не получается сообразить.

Какое-то воспоминание? Чей-то образ…

Да! Образ!

Насмешливый. Задорный. С сверкающей улыбкой и чёртиками в тёмно-голубых глазах.

И волосы, растрёпанный, торчащие во все стороны ёжиком.

Да… Действительно.

И она помнит его имя.

Она его уже звала однажды.

- Кайто… - собственный тихий голос пугает Ран, она дёргается, запутывается в складках одеяла и не падает только потому, что сейчас здесь не одна. Чужие руки подхватывают её, удерживают.

Он обаятелен и дружелюбен.

Но в его глазах сейчас нет лукавых искр, и он сам устало выглядит и кажется ненастоящим. Призрачным!

Хотя, таким ему быть и положено. Он же призрачный вор!

Так говорила Соноко.

Соноко? Ну, да! Лучшая подруга. А она сейчас в больнице, потому что…

Дальше память забуксовала. Кажется, она должна была что-то вспомнить ещё, кого-то, но нет, мысли исчезли, она таяла и в то же время согревалась под взглядом такого важного для себя человека.

Важного? Да! Ведь это на его голос она стремилась выбраться из темноты, это к нему она стремилась, это он был лунным светом, выманивающим её из тьмы бессознательного.

- Кайто, ты пришёл…

- Ран, - в его голосе слышится не то тоска, не то радость. Кажется он рад, что может её видеть, кажется, он что-то задумал? – Я не мог не прийти. Я приходил каждую ночь, но ты не просыпалась. Не открывала глаза, хотя я звал тебя.

- Прости…

- Ничего. Я рад, что ты здесь, рад что наконец-то ты решилась вернуться в мир реальный. И… прости.

«Простить?»

Она не понимает. О чём он говорит? Кайто что-то сделал? Сейчас? Или там? Когда было… был кто-то ещё?

Она не помнит.

Вроде бы память вернулась вся. И их знакомство, и то как они гуляли. И даже то, что они не встречались, а просто делали один за другим шаги, чтобы стать друзьями.

Она не просто изумлена. Она немного растеряна, а потом Кайто кладёт руку на её щеку, гладит подушечкой большого пальца скулу, наклоняется и её целует.

Этот поцелуй совсем не такой, как ей казалось. Этот поцелуй не даёт дышать, она тонет в руках человека, которого совсем не знает, захлёбывается в тех порочных ощущениях, что накатывают на неё волной, теряется, растворяется, сходит с ума и собирается по кусочкам заново.

Кайто сплавляет её, не давая ей шанса увернуться.

Даёт вздохнуть и снова целует, снова, снова, пока поцелуи не становятся ниже, глубже. Пока она не оказывается лишена своей одежды, пока по её нагому телу не начинают скользить светлые блики от полуночной луны.

Разве так можно? Разве так…

Нужно?

Боль мимолётная, она отмечает это каким-то краем сознания, цепляясь за плечи призрачного вора, которому было мало её сердца, который украл её тело, украл её душу…

Ран засыпает под утро, а когда просыпается – полностью в своём уме и здравой памяти, боли от потери Шиничи больше нет. Просто пепел, а душа возродилась, как феникс из огня прошедшей ночи.

А на левой руке кольцо. Белая половинка, золотая половинка, а между ними чёрные крылья, словно крылья шинигами, выступившего невольно амуром.

Ран поднимает кольцо к губам и целует его.

Боль ушла, но она никогда не забудет Шиничи, потому что он – часть её жизни, часть её души, человек, которого она любила больше, чем остальных, человек, который привёл её к Кайто и отступил в сторону.

А потом в голову приходит:

«Интересно, какими были бы поцелуи Шиничи, если бы он остался рядом, если бы он был… и не сдался, не отступился, ради моего счастья? А остался и заставил бы забыть Кайто?»

Ран смеётся, это глупый вопрос, она любит другого человека и даже возможно однажды выйдет за него замуж. Но кажется, она знает, как они назовут первенца, сына! В честь шинигами с чёрными крыльями. В честь человека, который отпечатался в их сердце до конца вечности.

А в следующей жизни, возможно им повезёт больше. Возможно, Шиничи будет умнее и не познакомит её с Кайто Кидом. А возможно, всё сложится наоборот, и Шиничи уведёт Ран от Кайто. Ведь если они так похожи, должно же это что-то значить? ...

 

Эпилог.

 

"В двух шагах от тебя..."

Шиничи усмехнулся, круто повернулся и двинулся прочь от церкви. Счастливая Ран в белоснежном свадебном платье, Кайто в черном костюме с белым цветком в петлице.

Этого стоило ожидать. Он сам сделал всё, чтобы это стало реальностью. Уступил, отошёл в сторону, хотя от него этого никто не просил. Это было исключительно его решение.

- Ты счастлив? - из спортивной машины, стоящей у тротуара, на него смотрит Крис. В её глазах, в насмешливом изгибе её губ, Шиничи в который раз читает короткую характеристику собственного поступка. Он дурак. Кто же принимает такие решения о внедрении в преступную группировку тысячелетия под влиянием размолвки в личной жизни.

Но пути назад нет.

Кудо Шиничи больше не существует. Погиб в глупой аварии на горном серпантине. Есть молодой, подающий надежды детектив в Чёрной организации. Сильвер. У него много новых знакомых, появились друзья и рядом всегда напарница-наставница, обворожительная, пугающая, соблазнительная Вермут. Рядом Дай-сан, чьи тёмные волосы могут соперничать длиной с золотом вьющихся волос бывшей голливудской королевы. Этот человек учит детектива обращаться с винтовкой, а вот его напарник - Джин терпеть новичка не может, хотя поводов особых Сильвер-кун ему не давал.

Он успел поссориться с главным «алхимиком» организации – Мияно Шихо, и совершенно нечаянно отправить за решётку Водку, огромного увальня, перешедшему парню дорогу.

Большой Босс не может нарадоваться на подающего надежды новичка, а Крис смеётся и называет его Silver Bullet – серебряной пулей. По условиям контракта, Шиничи должен уничтожить Чёрную организацию, а Крис – сделать так, чтобы он больше не выполнял работу шинигами.

У неё хватит на это сил, Шиничи знает это совершенно точно.

В те ночи, когда полная луна скользит по её телу и она входит в реку обнаженной, окутанная лишь своими волосами, Кудо смотрит на неё и видит кожистые крылья демона.

Протянув руку, Крис заводит машину, но Шиничи не пускает, положив ладонь на женское запястье, тянет руку к себе. В глазах женщины недоумение, но он целует кончики пальцев, и Крис кивает, понимая. Он хочет поставить точку в своей прошлой жизни. И если так надо… что ж она ещё немного подождёт. У неё было много времени, чтобы научиться терпению. И ещё больше времени, чтобы получить этого парня, будущего опаснейшего мужчину в своё и только своё распоряжение.

А в церкви Кайто, стоя перед алтарем, поднял фату с лицу невесты и улыбнулся, глядя в ее сияющие счастьем глаза.

Где-то в сердце обоих еще царапалась и кололась синеглазая заноза, но здесь и сейчас главным было то, что они всё-таки смогли выдержать боль, которая на них обрушилась, и создать своё собственное счастье.

На губах Ран улыбка, а в глазах - тайна.

И прямо сейчас, удивляясь сам себе, Кайто мог сказать, что первым у них будет сын, а потом дочь. И почему-то он даже знал, как они назовут детей. В глазах Ран мелькнуло похожее знание. Знание данное откуда-то свыше, чернокрылым шинигами...

И целуя свою уже не девушку – жену, Кайто знал, что не отпустит ее больше никогда. И даже смерть не сможет подобраться ближе, пока их защищают черные крылья...

январь-май 2014

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2018