И жили они долго и счастливо...

Любовно-фантастический роман || Принцесса для деликатных поручений

Глава 13. Бал преемственности

О чём мечтают юные девочки и девушки-мечтательницы, с негой и тоской смотрящие за окно и грезящие наяву о волшебных мирах? О балах и прекрасных принцах, волшебных зверях и чудесной магии.

Я никогда о подобном не мечтала, так что, в общем-то, и жаловаться мне грех. Балы у меня были, сколько угодно, причём некоторых было невозможно избежать. Да, признаюсь честно, хотелось! Вот просто до такой степени, что я содрогалась от ужаса при понимании, что мне придётся идти именно «туда».

У меня были принцы, правда, все кроме одного были моими братьями. Так что, если кто-то горит желанием попасть в мир волшебства и опасных железных игрушек, вы сразу конкретизируйте, «Хочу принца в мужья//женихи», двух, трёх, количественный предел и расу тоже желательно охарактеризовать сразу. Иначе может получиться неприятная и грустная ситуация.

О чём это я.

А, из всех принцев-братьев (Рауль не принц, если что!), у меня был под боком один принц, с которым мне ужасно не хотелось идти на бал. Ни на какой. Никогда.

Но самым страшным было то, что не спросили. Ни меня. Ни его.

Началось всё с того, что сразу же после возвращения с экзаменов, ко мне прибежал мальчик-посыльный и принёс письмо от Вайриса. Венценосный король просил меня прибыть в тронный зал.

Меня. Просил! Прибыть.

С тем учётом, что домашний арест с меня не сняли, и брат всё так же на меня сердился, форма послания была, как минимум, странная. А поскольку было указано, что дело срочное и важное, была и приписка о том, что желательно, чтобы я появилась как можно быстрее.

Одним словом, я задумалась о том, что происходит – отправила на сегодня по комнатам девчонок, потому что держались все четыре моих фрейлины на одной только непомерной гордости. После такой встряски!

Переоделась в платье под кодовым названием «принцесса дома спешит по государственным делам», то есть это было что-то совершенно безумно роскошное, но в светлых тонах, с белым и розовым жемчугом и без корсета. А ещё без рюшек. К счастью.

Мисси, моя горничная, над моей манией «счастливить» домашние наряды вот такими громкими названиями только смеялась. Но зато это позволяло нам понимать друг друга. Потому что когда я слышала, как другие придворные леди горничным заказывали наряды, мне становилось дурно. Наслушалась ещё во времена пансионата леди Раш.

Выглядело это так. Девушка в белье и жёстком затянутом корсете стояла у зеркала с кружечкой в руках, манерно оттопыривала мизинчик, надувала губки и жеманно тянула, дескать, она хочет платье обязательно аквамаринового оттенка, с двумя низками сапфиров, квадратным декольте, с белой тонкой шалью-паутинкой на плечи. Ко всему этому туфли на каблучке, не ниже трёх и не выше пяти сантиметров. Пояс, украшенный глазированной бирюзой. Под низ строго голубой подъюбник. Чулки белые, резинка синяя.

И так далее.

Мне хватило ровно одного раза, чтобы понять, что всё вот это я не выговорю даже под страхом смертной казни. Хотя, кстати, принцесс не казнили, чтобы они тут ни совершили. Могли отправить в ссылку («несчастные» случаи потом по дороге допускались), могли отдать замуж куда-нибудь «туда», чтобы обратно уже не вернулась и стала при этом чужой головной болью. Ну, не суть важно, одним словом такой кошмар мне на язык не вмещался.

Зато дать ярлыки всем этим придворным одёжным церемониалам, я не только смогла, но ещё и сделала это с явным удовольствием.

В сбрую горничная меня обрядила, сочла на этом свою миссию законченной, а я отправилась к тронному залу.

Первый звоночек тревоги должен был прозвенеть, когда прямо в дверях перехода в официальную часть дворца я чуть не столкнулась с Лисом, идущим туда же. Выглядел мой личный кошмар преступно сонным, прямо пожалеть захотелось. Спохватилась я сразу же, как только взгляд чёрных глаз остановился на мне.

– Идёте плакаться в жилетку брату, принцесса? Не хватило удачи или ума для поступления ваших фрейлин?

Кто бы сомневался, что он мне скажет? Хорошо хоть не уточнил, что это Я не поступила. Хотя могла бы, если бы не пришёл чудесный глава академии.

– Увы мне, – сообщила я негромко, – я оказалась чуть более везучей, чем могло бы показаться. Лорд Оэрлис, удовлетворите моё любопытство. Когда и в чём Таирсский дом перешёл дорогу ректору королевской академии магии, лорду Гарентару?

– О, это долгая история, – герцог предложил мне руку, и (не отказываться же посреди самого проходного коридора дворца!), я её приняла. – Началось всё сто сорок лет назад. Лорд Гарентар очень хотел из ректора стать главой академии, заняться финансовыми вопросами, магическим обеспечением, а не образовательными делами. Но нынешний глава устраивал и устраивает королевский дом куда больше. Прошение лорда Гарентара было отклонено.

– И лорд затаил обиду. То-то я удивлялась, что лорд Савариус пришёл. А тут всё просто, пришёл проверить, не воспользуется ли лорд Гарентар своим положением.

– Савариус пришёл? – Лис взглянул на меня сверху чуть удивлённо. – Он со своего факультета обычно ни ногой.

– Об этом не знала. Я вообще не знала, кто это такой, когда его увидела, – с досады призналась я. – Мне Дайре о нём ни слова не сказал!

– Естественно, он о нём и не знал. Факультет политологии в КАМ один из самых сложных, – Лис кивнул, и перед нами открылись двойные двери. – Чтобы туда поступить, нужно совершить небольшое чудо или быть слишком упрямым. Или нахальным. Из последних четырёх поколений Таирсского дома там учились только двое.

Я споткнулась.

Мамочки…

Что значит только двое?!

Данный вопрос я и озвучила Лису, даже не заметив, как вцепилась в его руку:

– Как это только двое?! Почему?

– Остальные проваливались или с самого начала шли на другой факультет.

– И? Кто эти двое?

– Отец и я, – сообщил Оэрлис равнодушно.

И я споткнулась вторично.

Ага. Совсем чудесно. Нет, чего дядя Хиль делал на политологии, могу понять, но Лис?! Это я… я… пошла туда же куда и он?! Я?! Если узнает… ой, я боюсь того, что будет. Это же… это же…

– Принцесса? – дверь тронного зала за нами закрылась, на мгновение отгородив от всего и вся. И в голосе герцога я услышала тонкую тень тревоги. С чего это он? А… я же не сказала, что избавилась от той гадости по магии разума, а он о ней знал. Надо будет потом сказать, как-нибудь.

Хотя зачем?

– Всё хорошо, – улыбнулась я почти даже искреннее и всё так же под руку с Лисом двинулась к трону.

Вайрис уже не сидел, полулежал в этом огромном роскошном кресле, поистине удобном. На лице нашего чудесного короля царило выражение полной разбитости, а я в который раз им залюбовалась.

Прошло всего три года с того дня, как я увидела его впервые, но как он успел измениться!

Когда я его увидела впервые, Вайрис был картинкой с глянцевой обложки любовного романа. Высокий, не худощавый, но и не брутальный, удивительно гармоничный. По идее, кожа должна быть была у него светлой – Вайрис заведовал департаментом магии и науки, но на свежем воздухе он проводил массу времени, из них некоторую часть он проводил подкопчённым. Короче, с удачностью у его опытов были большие проблемы.

И светлые волосы, сейчас уложенные под малой короной в прилизанную причёску, я десятки раз видела стоящими дыбом, завитыми в ме-е-елкие барашки-спиральки и сожжённые почти дотла. Не менялись только синие глаза, они искрились что тогда, что сейчас задором и умом.

Но тогда передо мной был юный душой мальчишка, не успевший возмужать, а сейчас – не принц, а молодой, но уже король, политик, уставший от своих дел.

Отойдя от Лиса, я присела на подлокотник королевского трона, положила ладонь на светлую макушку брата. Руны были нанесены на ногти, сверху рун – положенный принцессе маникюр, а кто будет рассматривать, что там под этим разноцветным лаком? Чуть покалывающий серебристый поток исцеления и умиротворения потёк по моим пальцам на голову короля. Но потребовалось несколько минут, прежде чем Вайрис смог вынырнуть из меланхолии и головной боли и взглянуть на меня.

– Ника, ты пришла.

– Пришла, – согласилась я, убирая ладонь.

– И, Лис, ты тоже.

– И я, – согласился герцог, скрещивая на груди руки. Что-то очевидное дошло до него немного быстрее, чем до меня.

– Как хорошо. Мне нужна ваша помощь.

– Наша? – изумилась я, невольно выделяя слово не столько голосом, сколько бездной недоумения в эмоциях.

– Твоя и Лиса. Лиса и твоя. Вместе.

Дар речи я потеряла мгновенно.

– Завтра будет бал. Очень важный для Таирсского дома, я хочу, чтобы вы его открыли. Вдвоём. И провели его, как полагается.

Внутренний голос застыл на несколько мгновений, потом заржал, запаковал вещи и вместе с крышей удрал в тёплые края. Я осталась. Дар речи не вернулся.

Я просто хлопала ресницами и молча смотрела на Вайриса. Что уж там в моих глазах было, не знаю. Как по мне – там могло быть только тупое выражение полного непонимания ситуации. Если не сказать грубее.

Лис рядом молчал.

– Ребят, – Вайрис вздохнул. – Ну, правда. Нечего делать! Король этот бал открыть не может, нужен принц с принцессой. Раньше принцесс не было, проблем не было. Неженатый принц выбирал незамужнюю девушку, и все были в восторге. А теперь у нас есть принцесса! Дайре на работе, не вернётся в королевство ещё четыре дня, даже если загонит всех верховых. Телепорт оттуда не пробивает. Рауль не принц. Он относится к королевскому дому, но всё же – не считается. Аэрис женат и не отходит от беременной жены. Отпадает. Получается, что остаётесь только вы двое: Лис и ты, Ника.

– Ты издеваешься?! – отмерла я. – Нет, вот правда! Признай это, положа руку на сердце! Ты сейчас издеваешься и хочешь посмотреть, как я теряю дар речи и схожу с ума от происходящего!!!

– Ника.

– Нет! Нет-нет-нет-нет-нет! – я поперхнулась воздухом. – Вайрис, это невозможно! Зачем нарушать традицию?! У нас есть неженатый принц, и не один, пусть выбирает незамужнюю девушку, и всё будет в шоколаде. Я здесь причём?!

– Ника, – Вайрис посмотрел на меня укоряюще. – Ну, что же ты так упираешься? Ещё раз повторяю, должны быть и принц, и принцесса. При твоём наличии девушку со стороны взять мы не можем.

– Возьмите!

– Не можем! … Солнышко, – заговорил король мягко, – ну, посмотри, даже Лис молчит, смирившись с неизбежным!

– Это он от шока, – буркнула я сердито. – Сейчас оклемается и тоже заругается.

По губам Белоснежки скользнул лёгкий намёк на усмешку и не более того. А вот Вайрис взглянул на него как-то… странно.

– К тому же, – добавила я, – Вайрис, ну, зачем? Почему?

– Потому что это бал преемственности, – раздался тихий голос.

В тронном зале похолодало. Качнулись тяжёлые портьеры на окнах, ветер промчался по пустым доспехам, заставляя их дребезжать. Звякнули хрусталики тяжёлых люстр, метнулись в многочисленных зеркалах отражения светильников, и около меня появился Юэналь.

– Зачем, Юль?! – удивился король.

Юэналь, один из сильнейших магов Таирсского дома, эльф, принятый в семью по одному из самых красивых и могущественных человеческих ритуалов, давно умерший, собственно, взглянул на него с укоризной:

– А потом Ника на вопросы, что же это за бал такой, удивлённо посмотрит на вопрошающего и вместо ответа скажет, что у неё старший брат идиот, и герцог Оэрлис не лучше?!

– Да ладно тебе! Не так всё, ой! – Вайрис замолчал.

Юэналь, скатав трубочкой какой-то пергамент, совершенно бесцеремонным образом стукнул короля по голове. Вау, теперь я знаю, чей он хранитель! Короля!

А следом подобные воспитательные меры были предприняты уже по отношению к Лису.

– И ты не лучше!

Оэрлис, хмыкнув, промолчал, а призрачный эльф взглянул на меня:

– Не слушай этих оболтусов, прекрасная леди. Всё очень просто. Бал имеет не столько светское, сколько ритуальное значение. Официально его название – Ночь излома, неофициально – бал преемственности. Королевский род как бы показывает всей аристократии и приглашённым гостям, что линия не прервётся, есть сильная кровь, которая может подхватить корону и тяжёлую ношу власти.

Я взглянула на Лиса. Он же некромант. Сам не может… Зато его ребёнок – более чем, а регентом соответственно при ребёнке будет сам герцог.

Кстати, очень даже логичное представление. Особенно вот так посмотришь, КТО может взойти на трон, нервно перекрестишься или там отобьёшь пару поклонов своим богам и торопливо куда-нибудь подальше исчезнешь. Потому что связываться вот с таким парнем дураков нет.

– Собственно, Вайрис, подумай вот о чём, – попробовала я ещё раз. – Сейчас абсолютно вся верхушка знати, в курсе того, что я… и Лис – мы не брат с сестрой. Представь, принц с принцессой на балу. Не получится ли… что пойдут весьма опасные шепотки?

Вайрис задумался, явно выбирая, что мне можно сказать, потом покачал головой:

– В этом ракурсе, скорее, просто отсеются наиболее неблагонадёжные, те, кто не рискнёт переходить даже в теории дорогу герцогу дель Ниано.

– Прятаться за спиной Лиса?! – вырвался у меня горький крик.

Мужчина за моим плечом засмеялся. Мягко, так, что мурашки по спине пробежали, и ноги на мгновение ослабли, но зато издевательски.

Я говорила сегодня, что я его ненавижу?! Нет! Так вот – говорю! Ненавижу!

Но почему-то у меня такое ощущение, что от бала меня это не убережёт… И нет, это не предвидение, это карканье!

Не хочу, не хочу, не хочу…

А можно я дома останусь, а?! Ну, пожалуйста! Я буду хорошей девочкой. Правда-правда! Ругаться ни с кем не буду! Даже с Лисом!

Только не надо на этот бал! Только не с Лисом. Только не туда…

***

Платье было неимоверно чудесным.

Такое золотистое, тонкое, шелестящее, искрящееся. Стоя перед зеркалом и глядя в отражение, я видела там потрясающую принцессу. Куколку. Глубокое декольте «сердечком», короткий рукав три четверти, и никаких газовых или плотных «крыльев», на шее медальон – огромный переливающийся рыже-золотым не то топаз, не то жёлтый сапфир, не то бриллиант. Я не поняла, а Кайзер, доставивший мне комплект, был очень молчалив. Такие же серёжки покачивались в ушах, а малая корона удерживала ту чудесную и невероятную причёску, которую мне добрых два часа делала Амелис.

Под короткими перчатками не были видны длинные ногти изукрашенные рунами. Руны были на коже, руны были под платьем. Руны покрывали меня будто украшения новогоднюю ёлку.

Ад дурных ощущений накатывал с каждым мгновением всё сильнее и сильнее. Я точно знала, что мне не нужно идти на бал, что я должна сегодня быть совсем в другом месте. Но двойником на таком мероприятии заменить меня было невозможно…

Я боялась встретиться с Лисом. Всего чуть-чуть.

И, наверное, не зря.

Он стоял в коридоре, ведущим к моим покоям, в небольшом алькове. Я была в золотом, он – в чёрном. Я была символом преемственности, он скорее карающим символом, тем, кто мог прийти по душу заговорщиков или недовольных. Но как же он был красив.

Длинные белые волосы, стянутые в хвост, китель, что-то вроде военного мундира, но в то же время – официально-представительное. Брюки, ботинки. Шпага на поясе. И, несмотря на то, что выглядела она тонкой игрушкой, точно так же, как два года назад в его замке, я ощутила, что это боевая напарница.

Белая рубашка под чёрным кителем, белый плащ на боку.

Он был удивительно красив.

Высокий, надменный, ехидный.

Настоящий принц, а не то, что я – взявшаяся непонятно откуда принцесса.

Сердце стукнуло особенно болезненно. О чём я думаю?! Вот о чём? Как будто кого-то это волнует или интересует. Но представляю, как больно тем, кто в него влюблён. Это ведь я – глупая, нахальная, то веду себя не как аристократка, то на гора жуткие идеи выдаю, то творю вообще что-то несусветное…

Что я здесь делаю?!

Лис повернулся, услышав мои шаги. На мгновение в его глазах появилась растерянность. Надо же, пугающего герцога можно удивить? Я могу выглядеть и вот так… Хотя, наверное, это не совсем я.

Интересно, что он придумает сейчас?

…Сердце вдруг стукнуло где-то в горле, когда Лис прикоснулся поцелуем к кончикам моих пальцев. Кровь прилила к щекам, и я поняла, что не дышу, только когда ехидный гад выпрямился и усмехнулся:

– Дышите, принцесса. Ваше бездыханное тело не сможет стойко вынести весь бал.

– Боюсь, герцог, такой подвиг я не смогу осилить, даже если буду твёрдо стоять на своих двоих и хорошо отдавать себе отчёт, что это такое вокруг меня происходит, и что со всем этим нужно делать.

– Вы не бросите меня, принцесса, на растерзание этому воронью. Я верю в вас.

А я сама в себя нет.

Ни во что не верю.

Мне просто страшно. Очень страшно.

Мне хочется, чтобы хоть кто-нибудь сказал, что всё будет хорошо.

Так уверенно, чтобы я поверила…

Но у Лиса были свои способы возвращения меня в нормальное состояние духа. Этот… этот… Белоснежка наклонился ко мне ближе и тихо шепнул:

– Улыбайтесь не так вымученно, принцесса. Иначе все решат, что у нас с вами точно есть какая-то интрижка. Или припишут вам беременность. При дворе очень любят такие истории, с тайнами, заговорами.

– Герцог, – серьёзно спросила я, – что нужно сделать, чтобы вы на сегодня оставили свою язвительность за дверями бального зала?

Лис усмехнулся:

– Всего лишь один поцелуй, моя леди. И я буду белым и пушистым.

Ага. А я в обмороке.

Издевается он что ли?

Точно. Вон в уголках губ усмешка, смеётся.

Зато, неожиданно пришло мне в голову, страх тоже пропал. В груди его больше не было… Надо же, а от Белоснежки тоже бывает польза!

Благодарность, ярким заревом полыхнувшая в моей груди, была так сильна, что я особо не рассуждала.

Мы шли как раз по одному из «малых» коридоров – так назывались короткие перешейки между различными альковами, которые во время балов использовали для дипломатических или торговых встреч, ну, или для осуществления романтических намерений.

Темнота здесь царила такая, что хоть глаз коли. Лису как некроманту всё было видно, а мне – как ведьме Железного дерева. Поэтому, запнувшись, я повернулась, чуть привстала на цепочки и поцеловала мужчину в мягкую и прохладную щеку.

Отвернулась. И двинулась дальше, как ни в чём не бывало.

Лис даже не сбился с ноги, покачал головой, придержал меня в какой-то момент, а потом мы остановились перед огромной аркой, ведущей в бальный зал. Нас уже ждали. Здесь было так много людей и привидений, так много красок и декоративных предметов, что я на мгновение растерялась, не зная, на что смотреть!

– Принц Таирсского дома, – провозгласил глашатай. – Герцог дель Ниано! Принцесса Таирсского дома, маркиза де Лили!

И мы двинулись сквозь эту огромную толпу к возвышению, откуда Лису (к счастью!) предстояло произнести речь. Я шла рядом с ним, ощущая, как каменеют мышцы. Как едкий пот стекает по виску и по спине. Как страх забирается в каждую клеточку тела.

А потом я услышала его тихий шёпот:

– Стоило немного нарушить традиции всё же сегодня.

Сейчас скажет гадость, да?

– Тебе ещё слишком рано быть на таких крупных мероприятиях. Они ещё пока не для тебя…

Слова не несли в себе даже тени насмешки, зато ударили наотмашь. Это что же… я так плохо выгляжу, что меня Лис жалеть удумал?! Нет уж! Я принцесса Таирсского дома, я одна из тех, кто представляет это королевство на всём Альтане, одна из тех, кто может стать будущей королевой, хотя это та участь, которую я постараюсь не допустить всеми силами. Я не могу забиться в какой-нибудь угол и дрожать.

Да это не в моём характере, наконец!

Сегодня и всегда я принцесса, прекрасная, обворожительная. А взгляды вокруг: завистливые, влюблённые, очарованные, ненавидящие – только подтверждают это.

Я не могу позволить, чтобы за меня краснели, не могу подвести весь дом и даже Лиса, как бы я к нему не относилась. И… меня ещё ждут танцы, вкусное мороженое, аппетитные кексы и ветвь золотого винограда в комнате.

– Вот так-то лучше, – шепнул Лис.

И больше ничего не добавил.

Его речь с трибуны была краткой, чёткой, ироничной и злой – точно так же как он сам.

Его руки были твёрдыми, тёплыми и уверенными, когда под звуки Сонаты Белой луны мы кружились в вальсе посреди огромного зала.

Чёрное и золотое, золотое на чёрном. Этот человек… как же герцог прекрасно танцевал. Даже в мыслях мне не хватило смелости и наглости назвать сейчас его Белоснежкой или как-то ещё.

Мне казалось, что я не просто танцую, я парю рядом с ним.

Спокойно. Уверенно.

Как будто всё на свете отодвинулось на второй план, перестало иметь значение, играть какую-то роль.

За первым танцем последовал второй.

Музыка стала бодрее, задорнее. К нам присоединились первые пары. Естественно, не все и даже далеко не желающие, а те, кто мог станцевать один из придворных танцев на сложный такт.

Я не обращала внимания на окружающих, спокойно танцевала с Лисом, ощущая острое чувство дежавю. Так танцевал Ник. Но загадка никак не желала сойтись. Лис не мог быть Ником. По одной простой причине – Ник был очень могущественным магом. Таким, что это потрясало раз за разом даже меня. Лис… Он был опасным человеком, но как маг… он знал досконально свою стихию, мог использовать то, что другим и не снилось даже. Но он не был могущественным магом. То, что ему предсказывали – не сбылось, не исполнилось.

И он не врал, не обманывал, это действительно было так. Сейчас как тройственная ведьма, сочетающая в себе силы сразу трёх деревьев, я видела это очень отчётливо. Так – что даже больно становилось в груди.

Его становилось в моих мыслях слишком много, и чтобы отвлечься, я бросила взгляд вбок. Кайзер стоял у музыкантов. И недобрый взгляд призрачного хранителя был обращён на Лиса.

– Герцог…

– Да, принцесса?

– Скажите, что вы сделали своему хранителю, что он только что велел музыкантам следующим играть призрачное танго?!

– Не сошлись с ним по ряду ключевых вопросов. Вы не умеете его танцевать, принцесса?

– Вы только что смогли почувствовать на себе, как я танцую.

– Очень прилично, – сообщил Лис снисходительно. – Для той, кто танцует от силы три года, вы танцуете даже «хорошо». Конечно, в вас нет того, что есть в окружающих девушках, обучающихся танцам с рождения.

Грациозности, что ли?!

– В вас нет такого количества спеси и надменности. Поэтому они танцуют, а вы – летаете, заставляя окружающих спотыкаться на вас взглядом. Признаться, теряюсь в догадках, что будет, если вы начнёте танцевать танго.

Чёрное и золотое, да? Это будет удивительно красиво.

Но… Как-нибудь в другой раз.

– Скажите мне, герцог, есть ли способ уйти отсюда прямо сейчас?

– Увы, принцесса. Не в начале бала.

Я стиснула зубы, сделала вдох, затем выдох, подняла голову и встретилась взглядом с Лисом.

– А что подумают в этом случае?

Чёрные глаза смотрели безмятежно и спокойно. Лис всё так же вёл меня в танце, не сбившись ни на мгновение.

– Ничего хорошего, принцесса.

– Что ж… Тогда придётся порождать слухи. Нам надо спешить. У нас есть всего полминуты, чтобы оказаться в потайном ходе, начинающемся возле бального зала. Если мы не сделаем этого, завтра Аэрису придётся занимать регентский пост, а вам начинать расследование убийства короля Таирсского дома, Вайриса первого…

Рука Лиса на моей талии сжалась так сильно, что это причинило боль. Но времени жеманничать и манерничать не было.

– Придётся поверить в тебя, – пробормотала я, отбросив все церемонии.

И подумав о том, что я обязательно потом посмотрю в памяти зала, что случится дальше, я поставила себе внутренний «таймер» на двадцать пять секунд и совершенно аристократически великолепно, грациозно и обворожительно потеряла сознание. Причём, на самом деле.

Быстро и беспощадно.

Теперь всё зависело от Лиса.

<< Предыдущая глава || Следующая глава >>

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2018