И жили они долго и счастливо...

Любовно-фантастический роман || Невеста дракона

Глава 4. Истинное имя


Как выяснилось, присутствие моё на турнире было для галочки. В том смысле, что обо мне объявили: «прибыла специальная гостья» и под охраной дракона поместили в огромный шатёр (чтобы он тоже поместился). А уже в шатре дракон изменил свои размеры. То есть, я понимаю, что это мир магии, здесь многое возможно. Но чтобы огромнейшее создание размером с дом, на глазах становилось размером с огромного быка – это как бы… две большие разницы.

Не то, чтобы меня это очень сильно задевало, ну, магия и магия. Подумаешь. Я поймала себя на недостойных мыслях на тему этого самого дракона.

И чтобы отвлечься, я собиралась попытать Ружа. Но дракон, на меня сердито шикнув, уставился на поле, где объявили первый бой.

Ну, и ладно. За мысли никаких наказаний не полагается, в этих огромных тряпках, в которых меня обрядили, ничего не видно. Поэтому я уселась по-турецки, скрестив ноги, устроила руки поудобнее, а-ля медитация, и уставилась на поле.

Первый бой я перенесла… относительно спокойно.

Второй тоже.

К третьему я начала задумываться.

К тому моменту, как отсев закончился, в том смысле, что выступили все, кто хотел получить право доступа в следующий тур, я сделала свой собственный вывод.

Хотите знать, что такое турнир? Так вот, это брачные танцы груд металлолома.

Нет, может быть, это просто я такая не азартная или вообще не впечатлительная, но получается, что полтурнира я прозевала! И куда больше, чем происходящее на поле, меня интересовало не вывихну ли я себе челюсть!

Руж, поглядывая на меня время от времени, сердился всё больше и больше. Я видела, как кончик его хвоста то поднимается, то опускается.

«Что тебе не нравится, Ола?!» – наконец, не выдержал он.

А кто не стал со мной сразу разговаривать? Кто предпочёл пристально-пристально смотреть на турнир? Не я же! Так что, ничего не знаю, ничего никому не скажу.

И ему тоже. И вообще… я откинулась на подушках. Дракон нависал надо мной сверху. Вот сейчас он был не страшный, а просто пррррелесть!

Интересно, а желание потискать дракона - это из какой области? Просто он такой весь гладкий, такой спокойный, такой тёплый. И большой, и... Никоим образом не металлический! И...

Взгляд Ружа стал совершенно ошеломлённым.

- Ну, вот чего ты так на меня смотришь? – рассердилась я.

Дракон тяжело вздохнул, опуская морду ниже, почти на уровень досягаемости моих рук. Не, он понимает, что ещё немного и я реально буду его обнимать?! Он здесь хоть самый нечеловеческий, но зато самый адекватный!

- Ола.

- Да?

- Ты должна меня бояться.

Ага. Конечно-конечно. Снег белый, солнце красное, вода синяя, драконы – страшные. Да-да.

- Конечно, - кивнула я. – Как сильно?

- Ты должна от меня держаться подальше! А ты?

- А что я? А! Ты мои мысли читаешь?!

Дракон закрыл глаза и опустил морду ещё ниже. Нет! Нет, нет, нет! Я же сейчас… Руки протянулись вперёд сами собой, с трудом сдерживая радостный писк, я погладила этого самого дракона. Он был тёплый. Он действительно был такой тёплый, что я никак не могла удержаться. И его обняла за шею. Длинную, гибкую, тоже тёплую.

Вокруг меня были люди, очень много людей. Но они… я даже не знаю, как это объяснить. Они были очень холодными. Может быть, они и были то не совсем людьми, я же не знала, кто именно прячется под всеми этими накидками. Точно так же, как бедные женихи понятия не имели, какое чудо в моём лице прячется под шёлковой тряпкой. Но дракон, из всех, был единственно тёплым. Даже Квилл, который проводил со мной массу времени, был больше холодным. А, ещё тёплым, исключительно тёплым, был кот.

Руж вздохнул.

Нет, если он читает мои мысли, я ему сочувствую. Это у меня сверху спокойная маска, а внутри любопытство почище кошачьего и масса вопросов. Меня интересовало, как ребёнка, всё об устройстве Реханта. День, ночь, сутки, часы, времена года, сам год. Физика, химия, математика, литература, науки, магия. Меня интересовало всё, но спрашивать об этом я никого не могла.

И в результате внутри меня был гигантский котёл.

А ещё мне было скучно.

Я … привыкла к тому, что в том месте, который я называла своим домом, никогда не было тишины и спокойствия. Мама и её компания… они не умели молчать. Они обязательно что-то обсуждали, спорили, ругались, ссорились. Они разговаривали на десятки, сотни, тысячи тем. Философия, политика, экономика, история, литература.

Только у себя дома я могла неожиданно стать частью спора о том, какое место занимает дьявол в литературе, а потом на следующий день оказаться подопытной в эксперименте кузнеца, какой вес был у женских доспехов, например, XVI века. И уже через пару часов после этого обнаружить себя в самолёте, поезде или автомобиле с небольшим рюкзачком «самых необходимых» вещей…

Я могла летом оказаться в Турции, на рафтинге, на бурной горной реке. Через пару недель после этого в Антарктиде, а в конце месяца в джунглях и лично выдалбливать под присмотром очередной духовного «наставника» мамы деревянную лодку.

И при этом я ещё умудрялась как-то делать вид, что я нормальная.

Правда, делать вид. И это ключевое.

Сейчас мне действительно было скучно, я задыхалась в этом дворце. Мне в нём было и одиноко, и тускло, и пустынно, и холодно.

Этот холод пропадал только рядом с драконом.

Поэтому я, мысленно ужасаясь тому, что творю, сейчас его обнимала. Согреться, хоть чуть-чуть, хоть немного.

- Так, - голос Ружа грохотнул у меня над головой. – Посиди-ка ты спокойно в уголочке. Сейчас позову Квилла.

- Зачем его звать?

- За ответами, - отозвался дракон, сердито.

А когда я его с огромной неохотой опустила, высунул голову на улицу и свистнул.

Дракон. Свистнул.

- Не свисти, денег не будет, - по инерции заметила я, а потом рассмеялась.

Руж, вернувшись обратно в шатёр, смотрел на меня тревожно, потом протянул лапу. Если бы это была человеческая рука, он бы определённо попробовал потрогать мой лоб. Но так… его лапа зависла немного в стороне от меня, позволив мне рассмотреть всё в мельчайших подробностях. Какая у него интересная передняя лапа!

Чем-то напоминает человеческую кисть, правда, только четыре пальца. Три длинных – и один короткий, большой. А какие когти! И ещё вот эти тоненькие перепонки…

- Кстати, Руж, а ты умеешь плавать?

Дракон тяжело вздохнул.

- Умею.

- Но, наверное, плавать тебе приходится в океане?

- В том числе, - коротко ответил мне дракон.

Явившийся Квилл отвлёк меня от мысли о том, к какому роду стоит причислять моего дракона. И этот хвост! Хвост же! В общем, пока эти двое о чём-то тихо шептались, я аккуратно добралась до хвоста и в него уцепилась.

Самое главное, не надо спрашивать, чего я накурилась. В виду того, что моя адекватность вылетела в трубу пока я шла к шатру, следует иметь в виду, что ответ на этот вопрос я не знаю.

Зато собственную неадекватность более чем замечаю.

Ибо я себя так не веду! В конце концов, какое моё дело, умеет ли плавать дракон?! И вот чего я полезла к нему обниматься? Замерзла, большое дело! И… хвост…

Нет. Отпустить хвост – это выше моих сил.

А дальше… дальше случилось кое-что особо интересное.

Разговор Ружа и Квилла шёл на местном языке, поэтому я даже не прислушивалась. Ну её, эту тарабарщину.

А прислушиваться стоило, потому что тарабарщина таковой быть перестала и стала простой и понятной. Правда, построение языка было каким-то немного искусственным что ли, зато смысл я наконец понимала.

- Не объяснишь, что с ней?

- Что с ней? – Квилл перевёл на меня вопросительный взгляд в тот самый момент, как я прикидывала съедобен или нет кончик драконьего хвоста.

Оба – и мужчина, и дракон воззрились на меня абсолютно ошалело. На что я им радостно улыбнулась.

- Пыльца белого лотоса! – пальцы Квилла оказались рядом с моими, мужчина попытался отцепить мои пальцы от хвоста дракона. Но, шать! Когда это я отдавала такую прелесть?! Моя прелесть! Не дам! Не отцепится – орать буду.

Квилл дрогнул, отступил.

- Когда успели? – осведомился Руж, увеличиваясь в размерах немного и изгибаясь.

Хвост в моих руках стал длиннее, толще, и пришлось перехватываться ещё чуть ближе к кончику.

Что успели?!

- Не знаю. Если только по дороге к турниру. На людей она всегда действует наркотически. Но… смысл?! Обычно эту пыльцу подмешивают магам, чтобы лишить их возможности колдовать. Люди теряют адекватное восприятие действительности, но и только.

- Привести её в себя можешь? – уточнил дракон.

- Хвоста жалко? – съехидничал Квилл, потом хмыкнул и кивнул: - Сейчас сделаю. Кстати, Руж…

- Да?

- Покушения уже начались.

- Уже?!

- Да. Её пытались сманить. У дверей стоял кто-то, пытался её выманить в коридор. Хорошо ещё рыжий Талисман был рядом.

- Кот зашёл в её комнату?

- Да. Там и остался. Выгнать его, сам знаешь, невозможно.

- Что-то вокруг неё слишком много странностей, - подытожил Руж, опуская голову и пыхнув на меня тёплым воздухом. – Ола, ты меня слышишь?

А это он на каком языке сейчас говорит? Правильном или не очень? И вообще, чего вот он меня Олой называет?! У меня своё имя есть, нормальное!

- И хватит меня так называть! У меня имя есть! Я…

Я подавилась словами в тот самый момент, как опомнившийся Квилл зажал мне рот.

- Ничего себе, - пробормотал дракон. – Приводи её в чувство. Это же она таким образом могла своё имя сболтнуть кому угодно! И тогда… её пришлось бы отдавать за этого «кого угодно». Вопреки всем традициям.

- А зачем они нужны? – поинтересовалась я вслух, пока ругающийся Квилл тряс укушенной рукой. А нечего ко мне лезть немытыми руками! Откуда я знаю, что он успел потрогать, пока был в этих манерных перчаточках! И вообще, я мужиков в перчатках не люблю. Они мне кого-то очень неприятного напоминают.

Дракон и Квилл переглянулись.

- Так. Я сам, - решил Руж.

- Может, лучше не надо?

- Тут ты не справишься.

Какой странный разговор. Что он сам? Кто он сам?

Взгляд поплыл, тело тоже.

Ощущение было такое, словно на мгновение меня снова подхватила музыка. Словно я опять на той самой поляне, и вокруг суетятся Лесницы, меня переодевая.

- Какие глупые, - смеётся одна из них. – Позвать – позвали, а кого именно не знают, и не узнают…

- Ола!

Тихий вскрик над ухом, кажется, я куда-то падаю… падаю… падаю…

Когда я открыла глаза, вокруг меня было очень темно, а ещё – тепло. И почему-то… чешуйчато? Не поняла, это что ещё за выкрутасы не то сознания, не то окружающего мира? И голова… тяжёлая.

И на губах соль.

Лизнув запёкшуюся корочку, я сделала сразу два разумных вывода. Во-первых, это не соль – это кровь. А, во-вторых, это моя кровь. Давненько не было такого, чтобы у меня кровь носом шла. В детстве бывало. По-моему, это у всех такое было.

Краешек света показался над моей головой, а потом свет залил то место, где я была, заставив меня заморгать.

Тепло пропало, а меня аккуратно снял Квилл. На мгновение повернувшись, я увидела лапы. Две огромные драконьи лапы, возвращающиеся на землю для упора.

Ага. Угу.

То есть это вот сейчас – я была в лапах дракона.

Бедный Руж. Думаю, такой головоломной и проблемной невесты у него до этого просто не было.

Дракон фыркнул насмешливо и взглянул на меня:

- Пришла в себя, Ола?

- Относительно. Голова… болит.

В последний момент заменила я нейтральным словом более точное «раскалывается». Голова болела просто изуверски, ощущение было такое, словно я перепила чего-то очень крепкого, смешав с неподходящим для этого алкоголем. Да, да, не святая. Дело было, на студенческой вечеринке я один раз хватила лишнего. Мне хватило.

Никаких больниц и прочего, но весь букет «чудесных» ощущений запомнился мне надолго. Так что бокал вина со знакомыми, бокал пива во время посиделок у костра – и больше не надо.

А сейчас ощущение было, что я надралась до зелёных ящериц, а потом их стая просто раздраконила мою голову.

- Ола…

Квилл в бессилии обернулся на дракона. Что-то спросил. Эффект понимания снова куда-то пропал, так что я лишь похлопала глазами. Хотя что-что, а вот о чём они там говорят, меня сейчас мало волновало. Гораздо серьёзнее был вопрос, почему же так болит голова? И что что за концерт я устроила, тоже неплохо было бы выяснить.

- Ола… - Квилл протянул ко мне руку, пока я долей интереса наблюдала за происходящим. – Мне нужно тебя коснуться.

- Касайся, - не поняла я проблемы. – Кто тебе мешает то?

- Это не принято делать… Но без касания я не пойму, что с тобой.

Не, ну, реально, как эти ребята тут живут, когда у них тут такие жуткие ограничения? Или это касается только невест? Или вообще ни одну аристократическую даму трогать нельзя?

Честное слово, бред. Я на Реханте только и могу, что удивляться и пытаться собрать свою собственную голову воедино. Ну, точнее, не голову, мысли. А то они от каждого такого закоса разбегаются шустрее, чем тараканы. Не понимаю я, ни мира этого, ни его жителей, даже дракона. Или тут правильнее будет «особенно»?

- Касайся, - повторила я, - разрешаю.

И только после этого, Квилл самыми-самыми кончиками пальцев дотронулся до моего лба.

Как интересно. Когда я чуть не произнесла своё имя, он зажал мне рот. А когда я в рассудке – еле-еле касается. Что-то у них тут пунктик с именами.

- Руж.

- Да? – дракон, дав отмашку, чтобы на поле меняли декорации, наклонил ко мне морду. Видимо, понял, что мне больно на него смотреть.

- Почему вы так зациклились на этом имени?

- Власть. Знание истинного имени человека – даёт над ним полную и неограниченную власть. Она не всегда бывает топорной, - дракон немного помолчал. – Иногда эта власть базируется на чём-то. Кому-то достаточно названного имени, кому-то потребуется ещё и чтобы его коснулись, или дали вдохнуть какой-то запах.

Что-то мне это напоминает… Типы людей по самому главному каналу получения информации. Аудиал – по слуху, визуал – по взгляду, кинестетику нужно обязательно коснуться. Кажется, так. Но не ручаюсь за точность. А здесь, значит, именно на этот канал должно пойти воздействие. Ладно, допустим, так.

- Что собой представляет истинное имя?

Вот теперь дракона и своего надсмотрщика я ввела в ступор, оба переглянулись и снова воззрились на меня.

- Что собой представляет?

- Да. Там откуда я пришла, никаких истинных имён нет. Есть обычное имя, есть имя-прозвище, которое дают друзья, знакомые или недруги. Но нет ничего такого вот особенного и ярого.

Снова непонятное мне переглядывание, снова непонятный разговор.

- Хорошо, - кивнул Руж. – Что ты предлагаешь?

- Ну, для начала, объясните мне, чем меня … и каким образом меня опоили? Или как это правильно сказать?

- Окурили, - подсказал Квилл.

- Окей, оставим эти технические детали. Чем на меня воздействовали и зачем?

- Пыльцой белого лотоса. Это отравляющее вещество, имеющее наркотическое… воздействие на организм человека.

Сказать, что я потеряла дар речи – не сказать ничего. Я просто выпала в осадок. Простите что? Как по энциклопедии прочитал, честное слово.

Или на Реханте тоже есть наркотики, или Квилл сказал что-то другое, но магия, отвечающая за наше взаимопонимание, перевела мне именно таким образом.

Ладно, проясню данный вопрос немного позднее, он в любом случае сейчас не к спеху. Зато, куда интереснее, подоплёка случившегося со мной.

- То есть меня хотели отравить?

- Нет. Пыльца воздействует на сознание человека, побуждая его говорить правду и ничего кроме правды. Если бы кто-то спросил тебя твоё истинное имя, ты бы его сказала.

- Соответственно, что это дало бы вопрошающему?

- Или возможность где-то пройти нечестно или воздействовать на тебя напрямую, чтобы именно его ты выбрала у озера.

- Пыльца – редкость?

Очередное переглядывание.

Ещё немного и я взвою, и сообщу этим двоим, что «девушка» далеко не значит «тупица». Или сама задумаюсь над вопросом, как умудрились местные девушки и женщины опустить мнение о собственных умственных способностях ниже плинтуса!

- Да, - ответил мне всё же Руж. – Использовать её может только тот, кто добыл. А чтобы её добыть, надо обладать очень специфическими качествами. Не говоря о том, что нужно быть воином и магом одновременно. И очень хорошим воином, и очень хорошим магом.

- И где этот цветок растёт?

- В чаще лесниц, - на этот раз почему-то ответить было легче Квиллу. – Обычно те, кто туда уходит… не возвращаются.

- Кто такие лесницы?

- Лесные девы, - продолжил мой надзиратель. – Они хранят покой лесов и долин, деревьев и кустарников. С их прихода начинается весна. Они творят магию в танце. Говорят, что могут выполнить любое желание. Там, где танцуют лесницы, вырастают лотосы. Правда, обычно они всё-таки танцуют в долинах, а не на воде. А белые лотосы – это след их танца на прудах, в реках. Лотосы живут несколько часов после танца. То есть, тот, кто найдёт их или счастливчик, или смертник. Лесницы не любят, когда кто-то за ними подсматривает. А любой оказавшийся поблизости от них – по умолчанию преступник. Мужчин они убивают сразу же, а потом тела отдают утопленницам. Их по Реханту много.

- Но это?

- Нет. Не народ. У них практически не сохраняется интеллект после смерти, - дракон воззрился на меня задумчиво. – Это скорее неупокоенные девы. Те, кто не смог жить и решил…

- Самоубийцы.

- Да.

- То есть, от меня кто-то, скорее всего, - начала я, осторожно подбирая слова, - хотел получить истинное имя?

- Да, - уже понял Квилл, как надо со мной разговаривать.

- И это возвращает нас к началу и к моему первому вопросу: что значит истинное имя?

Очередное переглядывание. И я с тяжёлым вздохом махнула рукой и оперлась на хвост дракона. Так сидеть было удобнее. Не поддувает и спину закрывает. Погладила задумчиво кончик и уставилась на поле.

Первая половина турнира – та самая, которая была общая рубка и столкновения, к счастью, закончилась. Не знаю уж, что там собирались оценивать, но сейчас весь этот металлолом снимался, а участники должны были выйти на поле со своим личным оружием.

Говоря проще – должны были пойти дуэли. К общим столкновениям дошло сто человек, как в принципе, Квилл и предупреждал, а теперь из всей этой массы должны были остаться самые-самые достойные. Грубо говоря – ровно половина. Всех участников поделили на две группы.

Участники были ограничены по времени. Дуэли должны были быть очень краткими, кровопролитными и достаточно жестокими.

По словам одевавших, хотя куда точнее «обряжавших», меня сегодня девушек, и Квилл это перевёл, жертвы среди учеников никому не нужны, поэтому на стадионе лежало заклинание Ружа. Да-да, это был заодно ещё такой тонкий восхваляющий дракона момент.

Короче, магия-магия. На стадионе было заклинание «копирования сущности». Так это я поняла. Любой, входящий под действие купола, был скопирован. А потом, при выходе из купола, эта калька накладывалась сверху и в случае отклонений восстанавливала пострадавшего до эталонного образца.

Звучит, как по мне, не очень понятно, да?

Так вот, смысл был очень интересным. Любые полученные повреждения при нахождении под куполом – исчезали, после того, как пострадавший покидал его границы. Можно было смело ломать кости, резать противника, почти что на куски. Единственное, что не восстанавливалась – это жизнь. Тот, кто умирал под куполом, умирал окончательно.

Заглядевшись, к своему стыду, на красивую белую лошадку, гарцующую по внешней стороне поля, я совершенно пропустила тот момент, когда разговор дракона и Квилла стал мне понятен.

- Значит, попытались сманить, следом вызнать истинное имя. И её саму очень интересует это имя и его значение, - Квилл, устроившись на подушках у входа, смотрел туда же, на стадион, а не на меня. – Руж, тебе не кажется, что что-то здесь не так? С ней – не так.

- Может быть, может быть… Где она была?

- Что? – растерялся мой надсмотрщик.

- Квилл, магический слепок.

Магический слепок? Э… это он о чём?!

- Не было.

Ну, естественно, в конце концов, я же не маг. Или они сейчас о чём-то другом?!

- Слепок исчезает только за три недели, - нахмурился Руж. И всё-таки какая у дракона богатая мимика. И кошачья морда. А!!! Выключите мне это сравнение! - Мы её нашли на второй день, - продолжил он тем временем. – Слепок не мог исчезнуть.

- Я думал, ты заметил, когда её забирал. Слепка не было.

Слепка? Забирал? Какая-то метка, получается, которая держится три недели? Но что за метка и зачем она нужна?

Дракон бесконечно устало вздохнул, потом снова вернулся ко мне.

- Ола.

- Да?

- Истинное имя – это магия. Магия, заключённая в коротком слове. Истинное имя описывает человека. Это не плоское слово, оно объёмное, в нём одном – множество значений, знаков, образов, цвета.

- Сущность и суть?

- Верно.

Я задумалась. Разве у меня есть такое имя? Что «Ола», что моё полное имя, которое мне никогда особо не нравилось – они все плоские, обычные. Это просто слова.

- А можно ли проверить?

- Что?

- Ну, есть ли оно у меня в действительности, я могу… - на мгновение я задумалась, выбирая, потом решительно кивнула, - тебе, Руж, назвать своё имя. Полное. Если оно истинное, то … ты получишь власть, которая тебе и не нужна. Зато я буду точно знать, грозит ли мне что-то, если подобная история с пыльцой лотоса повторится.

- Это опасно! – возмутился Квилл. – Ты человек, он дракон! То, что ты его не боишься, как положено бояться, ещё ничего не значит.

- Не значит, - согласилась я. – Но проверить это – обязательно нужно. Чтобы обезопасить меня от других… желающих.

- Но почему дракону то?!

- А кому ещё?! – опешила я. – Руж?

Дракон молчал. Ой, кажется, он понял, что со мной спорить бесполезно! Какой милый и галантный. Ну, наклоняйся!

- Руууж…

- Да, да, я понял, тебе до всего есть дело, - вздохнул дракон, подставив мне свою морду, - шепчи уж, досужая невеста.

Я не удержалась, я снова его погладила. Как кота, осторожно почёсывая чешуйки, потом наклонилась к уху и шепнула:

- Меня зовут Волкова Полина Аркадьевна.

Когда я выпрямилась, Руж смотрел на меня с вопросом, потом отрицательно помотал головой. Ничего не случилось. Имя было «плоским», как я и думала, а значит… истинного имени у меня на Реханте не было.

И судя по тому, как на моих глазах бледнел Квилл, ничего хорошего в этом не было.


↜ Предыдущая глава || Следующая глава ↝

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2020